— Внучатая племянница моей дорогой Ерсэль! Пусть земля для неё будет как пушинка, да прибудет она со Всевышнем на небе! — Глаза деда увлажнились, и он, хлюпнув носом, ринулся вперёд, но его понесло вместе с нами, он, пытаясь остановиться, плюхнулся на стул, который стоял неподалёку. Тот жалобно заскрипел под грузным телом.
Мы отпустили деда. Агата всплеснула руками.
— Деда! Иди проспись!
Девушка склонилась над родственником и попыталась его поднять на ноги. Дед же сидел и горько плакал, не обращая внимания на попытки внучки.
Крупные слёзы катились из его глаз по щекам. Мужчина вытирал их огромными кулаками.
Я стояла и топталась на месте. Говорить с пьяным незнакомым человеком смысла не было — не услышит. Кто я ему? К тому же в таком состоянии максимум, что я могу сделать, это помочь старику дойти до кровати, чтобы он лёг и проспался. Только если попробовать уговорить его, чтобы он помог нам с Агатой.
— Жизнь так быстро пролетела! — тем временем жаловался дед между всхлипами. — Сначала мама твоя с отцом умерла, потом бабушка.
Не уберёг я их! Не уберёг!
— Деда, — гладила Агата Хенрика по голове. — Ты то тут причем? Просто настало их время на небеса идти. Баба Ерсэль говорила, чтобы мы долго не плакали о ней.
— Господин Хенрик, давайте мы вам поможем дойти до вашей кровати, — попыталась и я уговорить старика пойти проспаться. — День был длинный, вы устали, Агата устала, пора отдыхать.
Дед же залился слезами ещё больше, не обращая внимания на наши просьбы и уговоры. Смотреть на семейную сцену было неловко, и я пошла по залу рассматривая ровные столики, поправляя скатерти и расставляя стулья.
Поддерживать с пьяным беседу нет смысла, он тогда не угомонится. Хорошо бы сделать вид, что Агата пошла спать, тогда её дедушка за неимением интересного собеседника, тоже ляжет. Только я хотела предложить девушке свой план, как гробовая тишина за спиной резанула по ушам. Я обернулась и посмотрела на деда с внучкой, которые с потрясением смотрели на меня.
— Ерсэль? — удивлённо прошептал Хенрик, глаза его прояснились, я посмотрела себе за спину, думая, что он увидел привидение, но дед и Агата смотрели на меня.
— Нет! Нет! Я Елена. — Не стала я вводить людей в заблуждение.
Наверняка в полутьме им что-то показалось, а я же в теле преступницы.
— Ты и правда очень похожа на мою бабушку, — сказала девушка.
— Конечно похожа, они же родственницы, — икнул дед. Двадцать лет назад я держал на руках маленькую Хелени, а она выросла, стала красавицей и приехала мне помочь.
