Надеюсь, ничего не изменилось, и сейчас Дэйв не на интимные отношения намекал."
"Посмотрев в зеркало, увидела свои огромные глаза на бледном лице, растрёпанные волосы, измятый передник подавальщицы и простое коричневое платье, которое мне подарили Агата с Хенриком.
Ноги сами подогнулись и, осев на пол, я разревелась, вспоминая тепло улыбок и заботу моей новой семьи.
Слёзы — это хорошо. Вместе с ними из организма выходит гормон стресса, поэтому я не пыталась остановиться, зная, что потом станет легче. Но времени совсем мало, поэтому немного успокоившись, я сделал пару глубоких вдохов и выдохов и подняла голову.
Перед моим лицом висел стакан с кристально чистой водой и небольшим зелёным бутыльком.
Сначала я опешила, а потом вспомнила, что бывают дома-артефакты, которые, как живые существа, могут прислуживать своим хозяевам. Неужели замок меня признал?
— Спасибо. — Протянула я руку к стакану.
Бутылочка с зельем зависла перед моим лицом. Поставив стакан на пол, я взяла зелье, открыла его и понюхала.
Пахло успокаивающим чаем, который я заваривала Луке.
— Это успокаивающее зелье? Спасибо, Равенстер. Ты очень внимателен.
Где-то вдалеке скрипнула дверь, как будто замок одобрительно крякнул.
Открутив крышку бутылочки, я выпила зелье, зная, что дома-артефакты никогда не навредят людям. Так они устроены.
Мятный, тягучий вкус зелья освежил и придал бодрости. Кровь в венах побежала быстрее. Запив зелье стаканом воды, я почувствовала, что силы, которые покинули меня — вернулись.
Слёзы опять навернулись на мои глаза.
В этот раз от заботы замка. Если Равенстер будет на моей стороне, то чего мне бояться? У меня всё получится.
Ведь получится же? Да?
Встав с пола, я приложила руку к стене.
— Спасибо большое. Я никогда тебя не обижу. Это же ты тогда подарил мне плащ?
По ладони прокатилось тепло, как будто замок ответил мне утвердительно.
Отняв руку от стены, я посмотрела на себя в зеркало, там, на полочке, лежала расчёска. Взяв её в руки, расчесала волосы, умылась, и с помощью заклинания погладила платье.
Теперь я была похожа на госпожу, а не на бродяжку, вывалявшуюся в грязи.
— Госпожа Вернон. — Услышала я стук в дверь. — Ваш муж просит вас пройти в холл. Все уже ждут вас.
Женский голос дышал настороженностью и почтением. Интересно, как будут ко мне относиться люди, считающие преступницей, погубившей жизни многих людей? Я вспомнила, как в гостинице все от меня отворачивались.
Надеюсь, что слуги Равенстера не будут этого делать.
