Утомившись обследованием дома, я купаюсь, переодеваюсь в просторную шелковую пижаму, и запираюсь в спальне. Грызет меня одна мысль. Удивительно, что Анну обвинили в воровстве. Она ведь леди, наверняка имела хорошее воспитание и образование на уровне.
И вдруг все поверили в подобную дикость?
Странно, очень странно. Я останавливаюсь у окна и некоторое время смотрю в сад, пытаюсь сконцентрироваться. Вдруг получится нащупать какие-нибудь воспоминания Анны?
Что с ней случилось? Простое падение в саду не могло привести к смерти.
А она ведь погибла, раз ее место заняла я?"
"Все эти неприятные мысли роятся в голове, и я прижимаю к вискам пальцы.
Память простреливает — в ящике бюро есть второе дно. И в груди так горько. Эмоции плещутся чересчур бурно, и я начинаю часто дышать. Это не мои чувства. Я так не умею. Не умею так сильно чувствовать.
Успокоив эту лавину, поворачиваюсь и нахожу взглядом изящное бюро.
Через пару минут устраиваюсь на постели с двумя толстыми блокнотами. Один совсем дешевый, с розовой потрепанной обложкой.
Второй — солидный, дорогой.
Пролистав страницы, понимаю, что это дневники.
Боже, дневники Анны!
Читать чужие личные записи неудобно. На миг ощущаю себя самозванкой, влезшей в чужую жизнь... в чужое тело.
Трясу головой. Я не по собственной воле здесь оказалась. И я должна знать о прошлом Анны. Это вопрос выживания. Еще не хватало, чтобы супруг упек меня в сумасшедший дом.
Открываю первый блокнот. Он более ранний.
Записи Анны не автобиография. Скорее, заметки о самых значительных моментах.
Но прочитав все от начала до конца, получается составить более менее цельное представление о ее жизни.
Погрузившись в чтение, не замечаю, как светает. Откидываюсь на подушки. Бедная девочка... Глупенькая.
Копаться в блокнотах неловко. Я стараюсь пролистывать интимные воспоминания, тем более Анна не писала о личной жизни с мужем слишком откровенно. Она стеснялась всех этих дел и я тоже смущаюсь, натыкаясь на такие вот эпизоды.
Нет, не нужно мне будить память тела, оно и так урывками что-то вспоминает и это вгоняет в краску.
Встаю с кровати и пересаживаюсь в кресло. Сна нет. Растираю плечи, обдумывая свое положение.
Сейчас многое становится понятным. Если соединить все отрывочные сведения из дневника, выходит интересная картина.
Анна была дочерью самого младшего лорда Мойроша — Оливера. Непутевый парень, он слонялся по свету — то искал какие-то сокровища, то ввязывался в авантюры, сидел в долгах.
