— Что такое истинность? — спрашиваю я его в машине, когда Рэм заводит мотор и берет курс на таинственный замок.
Уже вечереет и я привычно всматриваюсь в его четкий мужественный профиль.
— Истинность — магическая совместимость, — немного напряженно отвечает он.
Я уже слышала это раньше, но все равно не понимаю до конца.
— Она гарантирует любовь? Какую-то волшебную привязанность?
— Нет, — Рэм качает головой. — Однажды... был тогда еще зеленым юнцом... осмелел и спросил лорда Роберта. Знаешь, что он ответил?
— Даже боюсь представить, — отшучиваюсь я.
— Истинность не гарантирует любви, она дает магическую слаженность и правильное потомство. А любовь строят люди.
Ох, значит, универсальной формулы счастья нет и в этом мире? Грустно смеюсь, хотя на душе и легчает. Я не обречена на Рэма — всегда есть выбор.
Вскоре поля сменяются рощей, затем широкой утрамбованной дорогой, и мы приближаемся к величественным кованым воротам. Они раскрываются и мы въезжаем на широкую подъездную дорогу.
Выходим у фонтана и я пораженно оглядываюсь.
Вдалеке на горе стоит древний замок с башнями, но высящийся перед нами огромный особняк выглядит более новым. Окна горят огнями, издалека слышится легкая музыка и пространство благоухает тонкими ароматами садовых цветов.
К нам спешит швейцар и младший портье.
— Генерал Грэхем, леди Грэхем, — кланяется швейцар. — Ваши номера готовы.
И в этот момент я ловлю то самое ощущение, давно потерянное, но такое нужное. Я ловлю его как позабытую мелодию или запах.
Понимаю, что вот она — атмосфера шикарного отеля. Уникального, дорогого, стильного.
Кладу пальцы на сгиб локтя Рэма, ощущаю шероховатость ткани его пиджака, и вдыхаю полной грудью. Да, эта атмосфера была во мне с самого начала, но я утеряла ее в суете, в ремонте, в кознях недоброжелателей.
— Спасибо тебе, — шепчу еле слышно.
— За что? — вскидывает бровь Рэм.
Но я таинственно молчу и мы идем за портье ко входу.
Холл оглушает темным деревом, мрамором, благородной бронзой. По золотистому полу двигаются гости, царит умеренная суета.
А ладонь Рэма сжимает мою талию. Ложится по-хозяйски, притягивает к себе.
— Мы можем утром взять лошадей и поехать в лес. Ты ездишь верхом, Ярослава?
Мое имя звучит безумно интимно в его исполнении и я улыбаюсь. Киваю и думаю, он ведь снял нам разные номера?
— Хочется отдохнуть с дороги, — намекаю, когда мы направляемся к лифтам-порталам.
Сердце грохочет, и я чувствую себя слишком хрупкой рядом с ним.
