— Идите к себе, — отдаю Саре пустую чашку.
Позже иду на кухню. Сколько генерал велел выдержать времени? Очень надеюсь, что он успокоился и мы сможем поговорить по-людски.
Почему-то кажется, что какао Рэму не понравится, и я завариваю крепкий чай. Нахожу в шкафчике кусок мясного пирога и красиво сервирую все на подносе.
Рэм же сможет мне объяснить, что творится? Почему природа сошла с ума и обрушивает на Торн потоки воды?
На лестнице несколько раз пугаюсь шума стихии и радуюсь, что Патрик позаботился о безопасности особняка.
И только толкнув дверь, вспоминаю, что на мне мягкий велюровый халат. А под ним лишь короткая ночная рубашка. Хотя... не наряжаться же специально для бывшего мужа.
Захожу в комнату аккуратно — придерживая поднос и оглядываясь. Но генерал уже оделся и сейчас стоит у окна. Дедушкина одежда пришлась ему впору, рубашка идеально обтягивает широкие плечи.
— Я принесла вам поесть, — ставлю поднос на столик у кровати.
Рэм оборачивается и взгляд его холодных обычно глаз теплеет.
— Ты знаешь, отчего такая буря? — одергиваю подол халата и останавливаюсь у шкафа.
Подмечаю, что Рэм не оставил мокрую одежду валяться на полу. Видимо, отнес все в ванную.
Он усаживается на кровать и смотрит на меня... жадно. Да, именно так. И я в своем халате ощущаю себя первой красавицей, разодетой на бал.
— Я догадываюсь, — отвечает он.
— Поделишься подозрениями? Мне кажется, буря магическая.
Рэм усмехается.
— Умница, точно подметила, — устало трет переносицу и поясняет, — на востоке что-то происходит.
Похоже, взорвался один из артефакторных заводов.
— И... это связано с Ласко? — предполагаю я. Возможно, ошибаюсь, но интуиция подсказывает, что нет.
— Очень вероятно. Расследования не мой профиль, но я взялся помогать императорскому дознавателю и скоро прижму Ласко. Знаю, он не сидит сложа руки и плетет интриги, но я слежу за ним.
Рэм встает и приближается ко мне.
— У меня все схвачено, Анна. Он не уйдет.
Новый раскат грома оглушает и я вздрагиваю. Рэм пользуется моментом и оказывается рядом.
Схватив в объятия, прижимает к шкафу. Держит крепко и вырываться совсем нет желания, а он обрушивается на меня с поцелуями.
Целует лицо, шею, плечи. Беспорядочно, горячо, чувственно. Сильные пальцы сминают мягкую ткань халата.
— Рэм, не надо, — мой голос звучит слабо, потому что в непогоду очень хочется прижаться к мужчине, спрятаться в сильных руках.
Если бы я доверяла генералу. Как бы все было чудесно.
Он останавливается, дышит тяжело и рвано.
