С порога с ворчанием заявляет, что у подъезда встретил чересчур довольного Лешу, но быстро расслабляется и забывает обо всем, когда тащу его на кухню и кормлю оладушками. Мужчины такие простые… Как дети. Дал вкусняшку, и они у твоих ног. Чувствую себя королевой в связи с этим, серьезно. Никакого труда приструнить мужчину.
Папуля рассказывает, что мама объявилась снова. Она недавно хотела со мной увидеться, папа говорил, что прилетела сюда на похороны кого-то из родственников. И сейчас снова. Попытала счастья перед отлетом, надеясь, что я захочу с ней увидеться.
Но я правда не хочу. У меня нет желания. Эта не та ситуация, как была у Леши, что у него не было возможности видеть ребенка. Меня бросили. И я по-детски не хочу это прощать. У меня есть папа. И я еще раз ему напоминаю об этом, потому что знаю, что ему важно это слышать. Он волнуется очень, что я брошу его или еще что-то. Поэтому и на Лешу так ревностно реагирует. Потому что всю жизнь у меня был один только папа, а тут, о ужас, появился еще кто-то.
Поэтому, когда папа, наевшись, напившись чаю и наболтавшись со мной обо всем, собирается домой, напоминаю ему еще раз, как сильно люблю. На него эти слова действуют так же, как на Лешу такие же признания Полины. Такие славные…
А Саня не приезжает. Как обычно, занята в горé работы, это нормальное состояние, я привыкла. Болтаем несколько минут по телефону в ее перерыв, рассказываю ей правду, что все-таки действительно влюбилась в Лешу, и, кажется, у нас с ним все хорошо. Он постоянно говорит, что любит, а у меня улыбка не сходит с лица.
Солнцева хохочет, что она была, как всегда, права, а я и не отрицаю. Да, была права. И поняла все гораздо быстрее меня.
Дома скучно… Я так привыкла постоянно быть с Лешей, что, когда бросаю трубку после разговора с Саней и погружаюсь в тишину квартиры, становится даже неловко. И Вольт дрыхнет, не создавая шума. Ужас…
Собираюсь к Леше. Я, конечно, обещала быть вечером, но рано ведь лучше, чем поздно, правда? Надеюсь, он тоже скучает по мне.
Вольта не трогаю. Он так сладко спит, что не решаюсь будить. Придем с Лешей через часик и заберем его на прогулку.
Меняю пижаму, в которой проходила весь день, на что-то более приличное, и убегаю к Лешке, уже предвкушая его сладкий взгляд в мою сторону. Он так смотрит… Я не могу не краснеть, это буквально выше моих сил.
Вообще, все очень изменилось после его признания. Он словно стал в разы более открытым после слов о любви. Совершенно другой Леша.