Она сама хоть понимает, зачем?!
— Держу слово: я обещала себе, что если появится шанс отомстить — отомщу. На чужом несчастье счастья не построить. Так-то, Небесный.
— Эта логика работает и в твою сторону, — напомнил, чувствуя, как рот горькой слюной наполняется. Все плохое, что могло случиться — случилось: я, вероятно, изменил Алене, и она об этом знает.
Я разжал руку и осмотрелся, взглядом выхватывая детали: мои шмотки, смятые простыни, телефон на полу.
— Я удалила переписку и фото, — неожиданно ровно, без злорадства, произнесла Ира.
— Она может принять правила игры и сделать вид, что ничего не видела. Как я когда-то. Живите.
Я быстро одевался, но услышав ее, замер.
— Нет, — бросил уничтожающе, — Алена себя слишком уважает.
Ира дернула плечом и вяло парировала:
— Все. Я закрыла все гештальты.
— Да пошла ты! — выплюнул и бросился на выход. Мразь! Я и сам тем еще дерьмом был, но Ирка жизнь переговняла мне капитально! Я же себя винил, что вступил с ней в отношения, но сейчас не уверен, что сам не был втянут в болезненную игру сумасшедшей бабы.
Нормальная ведь не сделала бы такого!
Выскочил из подъезда и зарычал в утреннюю тишину. Суббота, август, ласковое утреннее солнце не скрыто тучами. Красота. Только мне сдохнуть хотелось! Как перед Аленой оправдаться? Что сказать? Как объясниться? На фоне вчерашних претензий и обвинений, которые на эмоциях бросил… Мне пиздец. Виновен безоговорочно.
Такси приехало быстро. Нужно тачку забрать и домой рвать. Алену молить не рубить с плеча.
Я сел за руль и погнал в Сколково. Ох, чую беду. Аленка — она такая… Мнительная, впечатлительная, жестокая. Она не пощадит предателя. Но, может, хоть выслушает?
Как юрист я анализировал и строил стратегию защиты: можно пройти медицинское освидетельствование, предъявить справку, объяснить, что был в состоянии аффекта, в конце концов! Я вообще ничего не помнил! Может, и не было ничего! Ирка и соврать могла.
Прокурор внутри вообще на дыбы вставал: мол, если бы сама Алена не смолчала про Разина, не было бы ссоры.
Я бы не уехал и ничего этого не случилось бы! Я привык нападать и обвинять, но сейчас задушил на корню эту инициативу. С Аленой такое не прокатит. С ней в принципе не прокатит. Она не будет подстраиваться и прогибаться.
На полпути открыл мессенджер и просмотрел нашу переписку. Сейчас остались только удаленные сообщения. А вот камера сохранила фотки.
— Пиздец! — в сердцах ударил по сигналке.
