Что предложить могу? Сесть в машину, где моя законная жена в пьяном отрубе валялась? Бля… БЛЯДЬ!
Я должен за тачкой белобрысого хлыща рвануть, остановить и забрать Алену! Но на деле завожу машину и уезжаю в сторону Остоженки. Иру домой везу.
На руках занес в квартиру и на кровать положил, даже туфли снимать не стал. Пусть полюбуется на себя, когда очнется. Такие загулы могли быть опасны — Ира это прекрасно осознавала. Давно такого не было. Наверное, в последний раз еще тогда, когда Разина посадить хотел, а вышло, что на Алену запал.
Сходил на кухню, налил воды. Сдвинув простынь с одеялом, присел на кровать, легонько брызнул в лицо и постучал по щекам. Может, нужно было под холодный душ, но сам не хотел мокнуть и в принципе надолго здесь оставаться.
— Ммм… — Ира начала приходить в себя. — Где я…
— Дома, — ответил, скептически рассматривая ее попытки хоть как-то сконцентрироваться. Ей часов десять сна нужно, чтобы прийти в себя. — Как проспишься, запишись к специалисту. Так дальше нельзя.
Я поднялся и пошел на выход.
Достал ключи из кармана и оставил в прихожей. Все. Больше меня с этой женщиной ничего не связывало, остались формальности. Ей пора начинать нести ответственность за себя без помощи извне.
За завтраком у меня была встреча с Германом Львовичем. Я обещал Алене максимально оградить от него. Нужно с чего-то начинать. Понять, чего он хочет. Он неплохой мужик, бизнесмен, партнер, но откровенно хреновый отец. Сомневаюсь, что это существенно изменится в отношении Алены.
— Ну как там мой внук? — поинтересовался, ловко расправляясь с двойной порцией английского завтрака.
Я взял только эспрессо и задумчиво наблюдал за неожиданным энтузиазмом бывшего тестя. Мой отец, кстати, не звонил и никак иначе не связывался после последнего разговора. Переваривал. Скандалы. Интриги. Расследования.
— Как раз о Кирилле хотел поговорить. И об Алене.
Савицкий вытер губы салфеткой и бросил на стол, приготовившись слушать внимательно, только в глазах ироничная насмешка. Герман не дурак, далеко не дурак и согнуть его не так-то просто.
Он готов слушать, но для себя уже все решил. Это видно.
— Зачем вам внук? — поинтересовался деловито. Герман Львович как-то растерялся. А он сам-то задавался этим вопросом? Ну вот зачем? Чтобы что? Нянчить будет? Гулять? Учить чему-то? Прописным истинам? А он сам-то освоил их?
— Наследник.
Я криво хмыкнул. Ожидал не настолько махровой банальности.
— Он у вас есть. Мой сын. Я буду его растить и воспитывать.
