Я двинулась в сторону кухни, надеясь, что спокойно там посижу, но в это утро все шло не так, как я хотела. На кухне было многолюдно и шумно: хлопала дверка холодильника, гремела посуда, гудела кофемашина и ржали ребята. Они уже немного ожили и стали больше походить на себя вчерашних. Лена сидела рядом с Царевым и пила чай. Лицо у нее было еще недовольное, но уже не злое. Изредка она поглаживала его плечо уверенным собственническим жестом.
Не показывать, как мне больно. Молчать, держаться, улыбаться!
Я с независимым видом встала в дверях и стала ждать, пока за столом освободится место.
– О, пирог остался! – вдруг радостно сказал Кирилл, притянул к себе тарелку, цапнул самый большой кусок и смачно откусил от него. – Вкусный. Откуда? Мы ж вроде вчера такого не покупали.
– Это Кристина испекла, – отозвалась Маринка.
– А кто это? – с набитым ртом поинтересовался Царев, и мне словно дали под дых. В груди стало горячо и больно, мир закружился перед глазами, и я едва не рухнула на пол.
Он что, даже не помнит, как меня зовут?!
– Ты че, вот же она! – фыркнула Верка и махнула рукой в мою сторону. Царев оглянулся и наконец заметил меня:
– А, ну так бы и говорила, что Мышонок! Вкусный пирог, кстати. Ты молодец.
И снова отвернулся, будто полностью позабыв о моем существовании.
У меня сразу пропали одновременно и жажда, и аппетит, и вообще все желания. Кроме одного: заползти в укромный уголок и сдохнуть.
Уходить демонстративно раньше всех не хотелось, поэтому я просто подождала, пока основная масса народу станет собираться и быстро влезла в куртку, чтобы выйти вместе с ними.
Но тут меня буквально на пороге поймала Маринка.
– Кристин, ты очень торопишься? Можешь остаться буквально на полчасика – помочь мне убраться?
– А остальные? – мне очень, очень не хотелось еще и разгребать за всеми мусор. При этом и Маринку оставлять одну с этим гигантским фронтом работ тоже было стыдно.
–Давай еще кого-нибудь попросим помочь, – почему-то шепотом предложила я. А то нечестно получается – веселились все, а убирать нам вдвоем.
– Да ну их нафиг, у них у всех руки из задницы, – отмахнулась она. – Согласна? Мы быстро, обещаю.
Проклиная себя за добросердечность, я со вздохом кивнула и стала снимать куртку.
Маринка как-то очень быстро всех выпроводила, и в квартире остались только мы вдвоем.
