Голоса слышались издалека и глухо.
– Молодой человек, что вы делаете, я сейчас охрану позову!
– А я в полицию, – огрызнулся знакомый голос. – Вы в курсе, что она несовершеннолетняя?
– А вы ее знаете?
– Знаю, поэтому заберу из вашего гадюшника и домой отвезу.
– Ну если и правда ей восемнадцати нет, отвозите, конечно, не надо нам таких проблем. И друга своего забирайте, он сейчас тут все кровью запачкает.
– Он мне не друг.
Кирилл?!
Не может быть. Мне, наверное, кажется. Я слишком много выпила. Слишком. Не надо было пить вообще.
– Дура, – прошипел все тот же знакомый голос совсем близко, и меня больно ухватили за локти, вздергивая наверх. – Ну почему ты такая дура, Мышонок?
Я не сопротивлялась. И не боялась. Этот злой, отчаянно матерящийся голос и сильные руки, не позволяющие упасть, были не чужие. Свои. И человек, которому они принадлежали, был свой, пах знакомо и приятно и ощущался, в отличие от Стаса, безопасным.
На меня натянули толстовку, всунули руки в рукава куртки и потащили куда-то. Я послушно перебирала ногами, которые вели себя так, будто мне не принадлежат.
Странно, их же всего две – правая и левая, почему же они так путаются?
Свежий прохладный воздух обжег лицо так внезапно, что я закашлялась. И уже через секунду поняла, что этого не стоило делать, потому что кашель вызвал такой рвотный позыв, что я едва с ним справилась.
– Садись, пьянь.
Передо мной была распахнутая дверца машины. И пахло там знакомо – терпким одеколоном и кожаными сиденьями. Но даже от этого, когда-то приятного запаха, меня сейчас мутило.
Я упала на сиденье и откинула голову назад, прикрыв глаза. Стало еще хуже, как будто с закрытыми глазами мир стал крутиться вдвое быстрей.
– Сделал он тебе что-то? Или не успел? Крис, Крис, мать твою! Отвечай!
– Домой надо, – пробормотала я едва шевелящимся языком. – Домой. Надо.
– Куда тебе сейчас домой в таком виде?! – прорычал он.
– Надо. Мама, – твердила я, не открывая глаз.
– Черт!!! Дай телефон!
Я никак не отреагировала на просьбу, потому что понятия не имела, есть ли у меня телефон.
А если есть, то где он сейчас.
Вжикнула молния рюкзака, там что-то зашуршало.
– Пароль какой?
– Один два три четыре, – вдруг четко сказала я.
– Охренеть, какой сложный. Долго думала? Так, пишу твоей маме, что ты будешь дома в десять, потому что…потому что гуляешь с парнем. Пойдет?
Я не знала, но на всякий случай кивнула.
– У нас есть три часа. Поехали ко мне, попробуем что-то с тобой сделать.
Я снова отрешенно кивнула.
