Магистр, убрав его в стопку таких же, сурово грозит указательным пальцем с обломанным ногтем.
— Не мечтать надо, Мон-Стерр, а знать. Будете всё знать…
— …скоро состаритесь! — раздаётся откуда-то сзади.
— Для ученья нет старости, — недолго думая парирует магистр. — А вот для говорунов есть штрафные баллы. Фамилия и номер команды!
Краем уха слушаю пожилого магистра, который со вкусом распекает шутника, а сама думаю о вечере и уже не понимаю, что меня волнует больше — первое занятие в качестве напарников или сам Тэйран Каллахан.
Навязчивые мысли не выходят из головы до конца учебного дня. Перед последней парой декан Блейз приносит известие о том, что Тайлер Брентон отчислен и ему до конца жизни запрещено пользоваться боевой магией.
Настойчиво повторяю, что мне его не жаль.
Сам виноват. Я его не провоцировала, это он не сумел обуздать эмоции. Такой боевой маг — не напарник, а сущее проклятие.
Но вскоре мне уже не до Тайлера. Отсидев последнюю пару, я решаю отложить поход в столовую и, переодевшись, спешу в сторону открытого стадиона.
Сердце бешено колотится, чувствительно ударяясь о рёбра. Ладони потеют, и я беспрерывно вытираю их о плотную ткань тренировочной формы.
Целый вечер наедине с Каллаханом. Перспектива провести остаток дня с ненавидящим меня напарником кажется мне ужасной, но почему я так взволнована?
Вот только добравшись до стадиона, сдерживаю злобный смех и страдальчески закатываю глаза.
И почему я не удивлена?
Глава 31
Конечно же, Каллахана нигде нет.
Световой день плавно подходит к своему завершению. Вот-вот начнут сгущаться сумерки, и на стадионе зажгутся фонари. Сначала тускло, но по мере наступления темноты свет будет становиться всё ярче и погаснет только с восходом солнца.
— Ну и хорошо, — фыркаю я, недоумевая, чего это меня так задело отсутствие Тэйрана. — Меньше будет выклёвывать мозги.
Ставлю на узкое ребро металлического ограждения бутылку с водой, предусмотрительно взятую из комнаты. Расстёгиваю молнию на кофте и вешаю рядом, оставшись в чёрных обтягивающих лосинах и светлой футболке с короткими рукавами.
Лишь затем приступаю к разминке: марширую на месте, делаю несколько наклонов к носкам, круговые движения плечами и руками, выпады и неглубокие приседания.
Что там говорил этот чешуйчатый тиран? Десять кругов по дорожке, окольцовывающей зелёное поле, сто приседаний и двадцать отжиманий?
Странный выбор для разминки, я бы всё сделала по-другому, более вдумчиво и качественно.
