Ты захотел, чтобы я втерлась в доверие, чтобы я шпионила, чтобы я что?..
Слезы уже ручьем стекают по моим щекам, безжалостно стирая все мое самообладание.
Павел засовывает руки в карманы и молчит, наблюдая за моей истерикой.
— А знаешь что? Пусть будет так, как ты говоришь! Пусть Игнат меня сегодня трогает, целует, — я не знаю, зачем все это говорю, но когда замечаю яростный блеск в глазах Павла, понимаю, что зря.
Я выбегаю в коридор и хватаю пальто, наспех накидывая его на плечи. Слезы продолжают течь, застилая обзор перед глазами.
— Остановись! — Павел кричит мне вслед.
— Пошел к черту!
Я бегу по тропинке в сторону ворот.
— Сейчас же, остановись!
Но я не слушаю, продолжая бежать.
***
Я прибываю на вечеринку одна — не хотелось никого видеть. Ни водителя Федулова, ни Минаева. Хочется скорее осмотреться, выпить пару бокалов, успокоить нервы и уехать домой. К Леше.
То, что я предательница, осознавать тяжело. Но именно так себя и ощущаю, ведь я не оттолкнула мужчину, не дала отпор, а наслаждалась его ласками.
Мне нравилось, как Павел меня целовал. Да, это неправильно, но в моменте я не могла отказать себе в удовольствии. Никогда в жизни не поверила бы, что буду наслаждаться губами Федулова, а вот как жизнь иногда все поворачивает. Стоишь и сгораешь от желания в руках врага. В плену губ человека, которого ненавидишь.
Телефон уже в сотый раз разрывается от настойчивых звонков мужчин. Минаев звонил и спрашивал что произошло; почему я отказалась ехать с ним.
Федулов зачем-то названивал и угрожал сообщениями, что открутит мне голову, если я не возьму трубку сейчас же. А мне плевать, что он там собирается делать. Не хочу его видеть и слышать.
В очередной раз поднимаю телефон и вижу пропущенный от Минаева. Здравая часть меня понимает, что мужчина не виноват, и нужно ему ответить.
— Игнат, еще раз здравствуй, прости, у меня поменялись планы, поэтому я уже тут, на месте, — продолжаю врать, намеренно переходя на «ты», чтобы расположить мужчину.
— Ничего страшного, я уже подъезжаю к усадьбе Мишурова, скоро буду на месте. Хотя, на самом деле, страшное есть, я ужасно расстроен, что не смог пообщаться с тобой до вечеринки в более комфортной атмосфере. Сейчас будет много народу и шума, но ничего. Надеюсь, ты позволишь отвезти тебя домой обратно, — голос мужчины сдержан, он также обращается на «ты», молча принимая правила игры.
Игнат отлично управляется со своими эмоциями; умеет сглаживать углы.