Будь то пытка, когда я сам вытягивал из кого-то информацию, появление на крестинах, чтобы дать свое благословение, или личное совершение странного убийства, - непредсказуемость в этой игре окупалась.
Я думал, что загляну на склад на Клементс Драйв и увижу своих рабочих пчел, занятых подготовкой продукта к распространению. Представьте мое удивление, когда я обнаружил группу членов конкурирующего картеля на коленях в окружении моей вооруженной охраны.
Сегодняшний день оказался веселее, чем я ожидал.
— Атлантик-Сити - это место, где ты можешь быть тем, кем хочешь, - так говорят люди.
Я прислонился бедром к потрепанному винтажному шевроле, стоящему на темной парковке за складом. На бумаге Ренато Де Санктису не принадлежало ни единой вещи в AC. В реальности, практически половина полосы была моей. Другая половина принадлежала кучке миллиардеров, которым я был нужен, чтобы отмывать их деньги. Казино, которыми я не владел, я управлял. Делать деньги всегда было моим талантом. Ну, это и поддержание порядка.
Мужчина, съежившийся передо мной, работал на картель Кастильо - группировку, которая планировала накачать казино запрещенными химикатами. Мои казино. Никто, кроме меня, не продавал моим клиентам.
За спиной мужчины около двадцати его шестерок ждали, что будет дальше. Их загнали в угол на северном берегу, слишком близко к складу, где мы получали часть наших грузов. Тараканы картеля с каждым днем становились все смелее. Я старательно уничтожал всех, кого удавалось обнаружить, но был далек от того, чтобы найти главного.
Мужчина передо мной вспотел. Я чувствовал запах. Он переминался в своих блестящих белых кроссовках, которые, вероятно, стоили столько же, сколько аренда его жилья. Кроссовки в его возрасте. Увы, старая пословица оказалась верной. За деньги не купишь класс. Или мозги, если уж на то пошло.
— Кто так говорит? - спросил он, чтобы выиграть время.
Я взмахнул рукой в воздухе.
— Люди. Люди так говорят.
При рождении этого парня определенно сэкономили на раздаче баллов IQ.
— Я не знаю людей, - пробормотал он, отводя глаза в сторону.
Сопляк пытался придумать, как выйти из этого живым. Он не понимал, что эта надежда была напрасной.
— Конечно, не знаешь. Главный вопрос в том, если бы ты мог стать кем угодно здесь, в этой великой неоновой мекке человеческой жадности и обжорства, кем бы ты был?
Он облизал губы.
— Послушай, мужик, мы не трогали твои вещи. Мы искали кое-кого, пацана...
— Старшее поколение открывает путь новому.
