"
"Выдохнула, собралась с мыслями, поймала взгляд собеседника и, не отводя глаз, начала рассказывать. Тщательно вспоминая малейшие детали и подробности, ничего не утаивая. Единственно, в чем погрешила против истины, — сказала, что встреча произошла случайно. Скрыла участие Гарарда, как и обещала Кариффе.
Мужчина слушал, насупясь, но не перебивал, только лицо его все больше и больше мрачнело. Когда я закончила говорить, он просто прикрыл веки и застыл бесстрастным каменным изваянием. Лишь через несколько минут, не открывая глаз, вдруг произнес коротко и хрипло:
— Спасибо!
Кивнула в ответ, хоть и понимала, что он этого не видит.
За что Савард меня благодарил? За то, что сообщила важные для него подробности? Захотела помочь? Или за то, что доверилась? По собственной воле, без расспросов, требований и принуждений все рассказала? Искренне и откровенно. Ну почти откровенно.
Я смотрела на суровое, серьезное лицо, на темные тени под опущенными длинными ресницами, на твердо сжатые губы, в уголках которых притаилась усталость.
И неожиданно так нестерпимо захотелось поддержать, согреть. Пронзительная бесконечная нежность к этому властному, могущественному и такому одинокому человеку вдруг сжала сердце. Мягким огнем разлилась в груди. Защипала глаза. Легким ветерком пробежала по поверхности кожи и защекотала подушечки пальцев, подталкивая к действию.
Подчиняясь желанию, потянулась и провела вдоль скулы, наслаждаясь ощущением гладкости и упругости кожи.
Первый раз после той памятной ночи я сама, по собственной воле дотронулась до Саварда. Сиятельный и до этого сидел неподвижно, а теперь, кажется, и вовсе дышать перестал.
Скользнула ладонью вниз, танцуя кончиками пальцев по безупречному, чуть подрагивающему под невесомыми прикосновениями телу. Лаская, прижала руку к груди и отчетливо ощутила, как часто и громко колотится большое, сильное сердце. Савард тяжело сглотнул, словно у него судорогой свело горло, — я видела, как резко дернулся кадык на напряженной шее, — с шумом втянул воздух и как-то беспомощно откинул назад голову.
Это беззащитное движение гордого, уверенного в себе мужчины ошеломило, заставив на миг задохнуться. Знакомое тепло — преданное, потерянное, но не забытое — заполнило душу, обесценивая все, что уже было и еще будет. Осталось лишь то, что есть сейчас. Близость, которая может подарить целый мир и его же до основания разрушить.