Маня поднялась по широким пологим ступеням – охотники и охотницы не обращали на неё никакого внимания – и вошла.
Внутри было ещё интересней.
«Комната сбора оружия», прочитала Маня, затем «Патронная». На длинной деревянной стене в стеклянных витринах были выставлены ружья, какой-то «Холланд энд Холланд», знать бы, что это такое…
Она постучала в «Оружейную», прислушалась и ещё раз постучала. Повернулся замок, дверь распахнулась, на пороге возник высокий крепкий мужик в такой же, как у парнишки, кепке.
– Вы ко мне?
– А вы Сиротин?
– Он самый, Сиротин Михаил Ильич.
Вы на тренировку?
Маня Поливанова решительно не собиралась тренироваться, но писательница Покровская так заинтересовалась этим непонятным, но притягательным местом! И тут же соврала, что да, на тренировку.
– Тогда подождите пять минут, я подготовлю ружье и патроны. Вы раньше тренировались?
– Никогда в жизни.
– Ну когда-то надо начинать, – сказал Сиротин насмешливо. – А что с ногой? Травма? Старая?
– Вчера упала, – доложила писательница.
– А что? Это важно?
– Конечно.
Она не поняла, как стрельба может быть связана с коленкой, но спрашивать не решилась.
Тренер собрался моментально – длинный чехол с ружьём, коробки, ещё какие-то другие коробки, – и они выбрались на улицу.
– У тебя новый стрелок, Миш? – спросил попавшийся навстречу человек в клетчатой куртке. На локте у него висело переломленное пополам ружье. – Слушайтесь его, девушка, он моментально научит. Лучший тренер!
Сиротин махнул рукой и критически оценил Манин способ передвижения.
Она сильно хромала и время от времени хваталась то за стену, то за перила.
– Неудачное время выбрали, чтоб начинать, – посетовал он. – Ну да ладно. Подождите.
Он скрылся за углом норвежского рорбу и тут же появился на электрокаре. Маня нисколько не удивилась бы, если бы он выехал из-за угла на коне!..
– Тут два шага, но мы лучше подъедем. Забирайтесь!
Они приехали в одну из беседок, тянувшихся по краю поля. Здесь продолжали стрелять, кругом грохотало.
– Уши наденьте! – крикнул Сиротин.
– Что? – не поняла Маня.
Он перегнулся через сиденье, порылся в одной из коробок и сунул Мане огромные наушники. Маня тут же нацепила, и грохот почти смолк, пропал.
Да, но как же в таком случае… разговаривать? Им же нужно поговорить, собственно, за этим она и приехала! И как он будет её учить, если ничего не слышно?
Сиротин жестом велел ей выходить, выпрыгнул сам и вытащил чехол и патроны. И подтолкнул её в спину.
Маня зашла в беседку и огляделась.
