У нас вся ночь впереди. Я совершенно счастлива.
— А я нет.
Бывает ли он когда-нибудь счастлив, как другие люди? Никогда не смеется, никогда не улыбается. Теперь он лежал неподвижно, не произнося ни слова. Малинда попыталась вернуть его к жизни с помощью тех маленьких уловок, которые его обычно возбуждали — обычно лучше всего действовал способ Дианы с волосами, — однако сегодня ничто не сработало. Наконец она снова улеглась на возлюбленного, положила голову ему на грудь и стала поглаживать кончиками пальцев выпуклости и округлости его тела, прислушиваясь к мерному биению его сердца.
— Я расскажу тебе одну историю.
— Нет. Отпусти меня.
— Слушай. Однажды на острове, очень похожем на этот, жила маленькая девочка. Ей разрешали бегать с друзьями, исследовать холмы и долины и даже пещеры и тайники. Она жила вместе с мамой, но отца у нее не было вовсе. Ее зачало чудовище, которого она должна была помнить, но не помнила; это был ужасный тиран. Ее мать все время проводила в пещере, где изучала колдовские книги, и была слишком занята, чтобы любить девочку.
К счастью, у нее были две меньшие матери и два дополнительных отца, родители ее друзей, которые с ней делились. Как-то она увидела, как ее мать улетела. В тот день на ней было красное платье, и когда она полетела с вершины утеса, ее одежды бились на ветру, как крылья, с нее сдуло шляпу, и ее волосы реяли, словно стяг. Но девочка ярче всего запомнила красные крылья, которые трепетали в небе, когда женщина падала вниз, пока не рухнула в белый прибой.
И через мгновение море стало красным, как сок из ягод.
Пес что-то пробормотал, но она приложила палец к его губам.
— Ее два отца стали биться, обвиняя друг друга, что не уследили за ее матерью, и оба погибли. Их девочка оплакивала сильнее, чем мать.
Ее отвезли в пещеру к чудовищу, к ее отцу, в ненавистную темницу, которую называли дворцом. Через несколько лет он прислал ее своему худшему врагу в качестве платы за позор — как доказательство, что враг сильнее и поэтому может забрать все, что принадлежало ее отцу-чудовищу, даже единственную дочь.
Но враг рассмеялся ей в лицо, оттолкнул ее, словно ничего не стоящую мишуру, и отправил обратно. Она вообще не была наградой, только приманкой в ловушке, но она не крикнула, чтобы предупредить отца, и враг убил его.
Пес снова набрал воздуха, желая что-то сказать, и Малинда поцеловала его, чтобы перехватить слова до того, как они появятся на свет."
"— Слушай дальше, история еще не закончилась.
