Внимание к деталям было частью их профессии. Один — художник. Двое других — шпионы. Всех их вы знаете. Альфред Плут, Федор Агапкин и ваш дедушка, Михаил Данилов. Вы четвертая, Софи. Если в ближайшие лет семьсот найдется еще пара тройка таких наблюдательных, я сочиню какое-нибудь достоверное объяснение.
Глава двадцать шестая
Москва, 1922Прозвенел звонок, стало слышно, как из соседних аудиторий повалили студенты, но старенький профессор все не мог закончить лекцию.
Таня зевала и поглядывала на часы. Она пришла в университет после суточного дежурства в госпитале, нестерпимо хотела спать. Перед ней лежала раскрытая тетрадь с конспектом.
— Животное маломозговое требует для урегулирования своей жизни постоянных справок и стимулов извне, из сообщества и природной среды. Действовать независимо от приказов среды и сообщества маломозговое животное не способно ввиду отсутствия полноценного мыслительного аппарата.
Чем примитивней мозг, тем выше уровень подчинения среде, — громко, медленно говорил профессор и делал долгие паузы, чтобы студенты успевали записывать.
В Таниной тетради эти замечательные фразы были уже записаны, снабжены ехидным комментарием: «Человек — продукт социальной среды», на полях красовался рисунок, весьма узнаваемая лохматая, бородатая голова.
Профессор шел по второму кругу, но, кажется, никто в аудитории не замечал этого. Справа от Тани студентка из пролетариев, в красной косынке и гимнастерке, прятала под партой вязание и сосредоточенно двигала спицами.
Слева студент красноармеец, мусоля карандаш, разгадывал крестословицу в журнале «Безбожник». В последних рядах спали, читали, шептались, грызли подсолнухи. На профессора никто не обращал внимания.
Таня заштриховала шевелюру и бороду, придала им дополнительную пышность.
Приоткрылась дверь, в аудиторию скользнула молоденькая секретарша ректора, тактично цокая каблуками, прошла прямо к кафедре и что-то зашептала на ухо профессору.
Таня облегченно вздохнула. Еще минута, и можно бежать домой. Больше всего на свете ей хотелось нырнуть в постель, забиться под одеяло. Но об этом мечтать не стоило. Она обещала Мише сходить в кукольный театр. Он ждет. Спектакль начинается через полтора часа.
Секретарша исчезла, тихо прикрыв за собой дверь.