Теоретически знала. Но почему-то и подумать не могла, что это произойдет между нею и Булатом. Ее от произошедшего только что еще потряхивало. От того, что это такое, когда в тебе толчками двигается твой мужчина. И тебе от этого не больно. И нельзя сказать, чтобы как-то… Как-то особенно приятно. Приятно — это когда ты кушаешь что-то вкусное. Или лежишь в теплой ванне с ароматной пеной. Или тебе делают массаж. Вот это приятно. А то, что Гульнара чувствовала, когда Булат вошел в ее тело, когда начал двигаться — это было не про «приятно».
Про что-то другое, чему Гульнара не могла подобрать названия. Нет такого слова, чтобы это описать. Гульнара еще не знала такого слова.
И вот теперь Булат собирался… Ой… Что он собрался делать…
Поначалу Гульнара замерла ровно в той позе, в которой ее уложил Булат — с согнутыми в коленях и разведанными ногами. Глаза она закрыла, потому что ей было все же ужасно стыдно от происходящего. И эти закрытые глаза сыграли с ней злую шутку. Потому что, ничего не видя, она все гораздо острее чувствовала.
Его пальцы, которые уже трогали ее внутри, теперь касались самыми кончиками. Пробежали по внутренней поверхности бедра, по лобку, потом ладонь скользнула по животу. И снова вернулась к бедрам. Горячие мужские ладони гладили женские бедра. Гуля не знала, в какой момент эти движения куда-то дели ее стыд. Не знала, в какой момент она раздвинула ноги так широко, что почувствовала растяжение в паху. Не знала, в какой именно момент ей стало мало прикосновений Булата к бедрам и животу.
Но этот момент наступил.
***Она загорелась быстро. И вот уже ее бедра приподнимаются вверх, а по красивому гладкому животу проходит волной нетерпение. Но Булат не собирался торопиться. Нет-нет. Сейчас ее время. И пусть Гуля пока не совсем понимает, что именно с ней происходит, но понимает он. У Булата достаточно опыта в том, чтобы подарить женщине удовольствие. Но желание сделать все идеально — впервые. В женском удовольствие первый и главный принципе — не торопиться."
"Он костяшками пальцев погладил идеально гладкий женский лобок.
Идеальный женский живот пошел волной, и раздалось это восхитительное: «А-а-а-а-ах-х-х-х…». Терпение, терпение и еще раз терпение. Сейчас ее время.
И Булат заскользил тыльной стороной пальцев по припухшим внешним складкам. Гулины бедра и живот поднимались и опускались вслед за движениями его пальцев. Потом костяшки пальцев сменили подушечки. А потом Булат рискнул надавить сильнее — и провалился в нежную влажность.
