Но и регулярное проспиртовывание душевных ран — это тоже путь в никуда. Сейчас Булату это стало совершенно очевидно. Вадику нужен свой родной человек, такой, к которому можно прижаться — не только ночью в постели, но и так, чтобы не хотелось заливать саднящую душу вискарем. Работа у них все же не самая простая, особенно у Вадима. Так ведь и спиться недолго. К сожалению, примеров Булат видел достаточно.
Но когда сегодня Булат заикнулся об этом, Коновалов фыркнул, как самый настоящий конь, и сказал, чтобы Булат его не перетягивал на свою темную сторону, что не все созданы для семейной жизни и еще что-то такое же на холостяцком.
Булат прикрыл глаза. Ладно, у него есть время обо всем этом подумать. Вадька пока еще держится. А сейчас Булат едет домой. Где его ждут.
***— Ты почему не спишь?
— Тебе ждала.
Булат ничего больше не спросил, просто сгреб жену, одетую в очередную атласную пижамку, зарылся пальцами в густые волосы и поцеловал в губы. Гульнара наморщила нос.
— Ты выпил?
Булат поднял два пальца.
— Всего пару вискаря.
— Точно? — подбоченилась Гульнара.
Булат понял, что сейчас его будут пилить за то, что он много выпил. И это почему-то сделало его счастливым. Он задрал лицо к потолку, чтобы спрятать широкую улыбку. Но она никак не желала прятаться.
— Честно. Всего два, — Булат опустил голову. — А вот Вадик надрался.
— А что у Вадима случилось? — Гульнара пытливо заглянула ему в глаза.
— У Вадика случился он сам. Это веская причина. Если я почищу зубы, ты будешь со мной целоваться?
Гульнара уже знакомым жестом задрала свой хорошенький носик.
А потом развернула Булата за плечо в сторону ванной, легонько толкнула в спину.
— Иди, чисти зубы и прими душ. А я пока заварю чай. Васильковый.
Впервые во взрослой жизни женщина говорит ему, что делать. Булат уже «каблук» или еще нет? Что бы сказал на это Вадик? Да пофиг. Главное, что у самого Булата нет никакого чувства противоречия с происходящим. И он сейчас почистит зубы, примет душ и пойдет пить васильковый чай с женой.
***"
"Под прохладным душем Булат протрезвел окончательно. И это очень даже неплохо. Потому что василькового чая уже не хотелось. Хотелось совсем другого. Вот прямо сегодня, а не ждать до завтра.
Впрочем, в субботних и воскресных утрах теперь для Булата была особая прелесть. У Вадьки было даже такое отдельное определение — «субботний минет». Вроде как в субботу утром это как-то особенно приятно — с утра, перед выходными и никуда не торопясь. Особый кайф.
