Воронцов и правда забил полки так, словно у нас здесь живет человек пять. Полуфабрикаты, продукты из супермаркета, готовые блюда из ресторана, его кулинарные шедевры.
– Вряд ли, – констатирую факт.
– А зачем столько набирать? – снова прикидывается святой наивностью подруга. – Ты же сама говорила, что с финансами туго.
Я оставляю ее вопрос без ответа, заваривая себе в кружке пакетик чая. Роль Ники в моем разрыве с Воронцовым мы выяснили. А вот была ли в курсе Олеся и как при этом смотрела на всю эту ситуацию – я пока не знаю.
Но если выяснится, что и она была в сговоре, я, наверное, окончательно разочаруюсь в людях.
– Скажи честно, Лесь, ты знала? – Разворачиваюсь к ней с кружкой чая в руках.
Помешиваю ложкой, чтобы максимально заварить напиток, и не свожу с нее глаз.
– Что? – замирает Леся, напрягаясь.
Выдавая себя уже тем, как начинает метаться ее взгляд. И руки начинают хаотично перебирать все, что находится на столе: салфетки, сахарницу, чайную ложку, зубочистки.
– Что Ника все подстроила в отношении нас с Воронцовым? Ты знала? Ты участвовала в этом?
Я всегда считала нашу дружбу святой.
Ставила выше всяких приоритетов, гордилась и с теплотой и любовью вспоминала юношеские годы. А сейчас узнаю, что все это время жила с огромными розовыми очками на глазах.
Леся шумно вздыхает, вытаскивая из пластиковой коробочки деревянную зубочистку. Крутит ее задумчиво между пальцев и долго молчит.
– Я не знаю, как правильно сказать, – наконец хмыкает она. – Я догадывалась, но не думала, что она зайдет так далеко.
Ника с самого начала невзлюбила Воронцова. Он не соответствовал ее идеалам парня. У него не было дорогой машины, богатых родителей, он не выделялся среди пацанов. Он вообще был… вороненком. А потом эта история, когда ее отец влюбился в мать Дениса. Никина мама тогда же чуть с ума не сошла. Скандалы за скандалами вплоть до развода. Он у них и так налево ходил, а здесь, видимо, чаша переполнилась. В общем, там все смешалось. Вплоть до юношеского максимализма. Ей нужен был кто-то виноватый.
И Ника решила выбрать семейку Воронцовых.
– А при чем здесь я? – не выдерживаю вконец. – Со мной она за что так? – Пальцы начинают ощутимо жечь нагревшиеся от кипятка стенки керамической кружки.
Внутри все сжимается от ожидания ответа. Я ведь всегда считала Нику лучшей подругой. Верила ей. А в итоге получила нож в спину.
Но удручает даже не это. А то, что она спокойно продолжала смотреть мне в глаза дальше. Прикидывалась защитницей. Даже поддерживала.
