Одна мысль о появлении рядом с ним другой женщины опустошила ее сердце и буквально заморозила каждую клеточку тела. Диана крепко сжала кулаки, вонзая ногти в ладони, чтобы вернуть контроль над собой.
— Я спрошу тебя снова. — Диана подняла голову, стараясь говорить спокойно. — Чего ты добивался, внеся заклад за Джудит?
Кривая усмешка исказила его чувственный рот.
— Боюсь, тебя это не касается. Диана начала злиться не на шутку.
— Я не поняла.
— Ты все прекрасно слышала.
— Но я точно знаю, зачем ты это сделал, — почти прокричала она.
— Неужели? — Карлос невозмутимо смотрел на него блестящими глазами.
— Конечно да! — Диана прошлась по комнате в полном расстройстве оттого, что не совсем понимала его позицию. — Ты пытаешься впечатлить меня своей щедростью и вернуть назад.
— Нет.
Но Диана ничего не хотела слышать.
— Ты думаешь, что можешь убедить меня в том, что являешься хорошим человеком. Думаешь, что можешь подкупить меня силой своих денег, чтобы я снова оказалась в твоей постели.
— Нет.
— Это отвратительно! И более того, напрасная трата времени.
Когда вдруг до нее дошел смысл ответа Карлоса, ее голос стих. Замолчав, она смотрела на него с видимым смущением."
"— Я не обязан перед тобой отчитываться, но, так как ты не правильно истолковала мой поступок, скажу, что же заставило меня поступить именно так, — произнес он холодно. — Я анонимно заплатил заклад за Джудит, потому что она мне понравилась.
— Потому что она тебе понравилась, — эхом повторила за ним Диана, слабея с каждым мгновением.
— Я трачу миллионы на благотворительность каждый год. У меня нет личного интереса, — продолжал Карлос. — Когда я познакомился с Джудит, я задался вопросом, почему такие люди, как она, живут в нужде, хотя посвятили свою жизнь одному из самых благородных дел, воспитывая сирот.
— Да, это правда, но…
— Если бы Пол Андерсон не закончил свою карьеру талантливого архитектора сорок лет назад, его вдова была бы хорошо обеспечена в старости. Джудит не должна расплачиваться за свою щедрость к другим.
— Его губы сжались. — Короче, если я хочу играть в Санта-Клауса, то это мой выбор и мои деньги.
Напряженная тишина повисла в комнате. Диана страшно побледнела, потому что поняла, что он говорит правду. Ей хотелось провалиться сквозь землю или стать невидимой, чтобы не выносить унижения, которое она сама накликала на свою голову. Ее обвинения звучали так самонадеянно и тщеславно и были далеки от реальности.
