Ее удивило, что Карлос осознал тот факт, что слуга боится быть обвиненным в тайном распитии спиртных напитков, поскольку из-за этого может потерять работу.
Она никогда даже мечтать не могла о том, чтобы повстречать такого мужчину и ощутить страсть подобной силы. Пускай она прыгнула в омут вниз головой, это все равно было лучше, чем однообразное, серенькое существование.
Теплые чувства окутали ее, когда она открыла дверь их комнаты. Огонь ворчал в камине, и Карлос стоял напротив него, дрожащий и мокрый насквозь. Именно на это она и надеялась несколько часов назад.
Но теперь ее разозлило чувство нежной заботы, внезапно нахлынувшее на нее и перебившее все трезвые защитные мысли. От влаги его черные волосы вились крупными кольцами, а лицо было покрыто каплями. Он обернулся, и тут же его полыхающие искрящиеся глаза впились в нее.
— То, что ты раньше говорила, было серьезно? — спросил Карлос с кристальной ясностью во взоре."
"Ошарашенная, Диана задрожала и подалась назад, захлопывая дверь. Когда ее взгляд сконцентрировался на его лице в поисках какой-нибудь подсказки, сердце заколотилось, как испорченные часы, стуча и одновременно грозя остановиться.
По суровости его выражения она угадала, как много зависит от ее ответа, и это нервировало ее еще больше.
— Мой Бог, ты говорила несерьезно! — прорычал он, обнажая ровные белые зубы и бросая на Диану обескураженный взгляд. — Тогда почему ты несла всякую чушь? Почему не предупредила, что была девственницей?
Ее лицо зарделось, колени предательски дрогнули, но молодая женщина гордо подняла подбородок.
— У меня сложилось впечатление, что, если бы я и сказала, тебя бы это не остановило… Ты насквозь промок, хочешь, я дам тебе полотенце, — предложила она неуверенно.
Огромная нежность волной затопила сердце, стирая сомнения, с которыми она боролась весь день.
Карлос что-то пробормотал на испанском, и это прозвучало очень грубо.
— Не ругайся, — попросила Диана.
— Я бы причинил тебе меньше боли, если бы ты предупредила, что до меня у тебя никого не было.
Совершенно не готовая к подобному разговору, Диана повернулась, краснея на глазах.
— Мы… мы так увлеклись оба… — Диана вздохнула. — Поэтому просто растерялась и упустила момент.
— Если честно, я до сих пор ошеломлен, но и очень польщен тем, что ты выбрала меня, — хрипло пробормотал он. — Мне раньше казалось, что ты другая. Ну… ты так много раз упоминала и о своем женихе, и о Флэше…
— Флэш и я росли в одном приюте. Мы были словно брат и сестра. Карлос улыбнулся.
