Он нахмурился, пытаясь понять смысл ее слов.
— И что это значит?
Диана пожалела, что сказала именно это. Лучше было бы произнести обычные слова сожаления, как полагается в таких случаях.
— Видишь ли, у меня есть сестра, которая… Карлос перебил ее.
— Которая что?
— Ну, словом, росла отдельно от меня. У нее своя судьба, мы даже с ней не очень похожи. Это почти все, что я о ней знаю. — Диана пожала плечами, пожалев, что вообще заговорила об этом. Но зато они оставили тему смерти его сестры. — Она была удочерена, а я нет.
— Разве детей можно разлучать? — спросил Карлос.
— Когда встал вопрос об этом, моя мать предпочла отказаться от прав на нее. Я пыталась установить с ней связь через частное агентство, когда еще была подростком. Но получила письмо о том, что она в этом не заинтересована. Джудит надеется, что ей тоже когда-нибудь захочется встретиться со мной. — Диана заставила себя улыбнуться, пытаясь показать, что это не очень ее огорчает. Но в глубине души все еще ощущалось чувство разочарования и боли. Она строила радужные надежды, которые рухнули в одночасье от одной маленькой казенной фразы.
— Джудит твоя приемная мать? — спросил Карлос.
— Ты многое обо мне знаешь. — Перед сном Диана прокрутила в уме сцену в машине и жестокую выходку с журналом. — Думаю, осведомлен и об этом.
— Может быть. Но кое-какие стороны твоего характера внезапно раскрылись передо мной только вчера, когда ты ударила меня, — напомнил он.
Диана покраснела до корней волос.
— Ладно, мне не стоило этого делать, но ты сам виноват.
Извини!
Пронзительный взгляд прожигал ее насквозь с безжалостной силой. Карлос откинулся на стуле.
— Это не оправдание.
— Я очнулась от наваждения раньше тебя.
— Попробуй извиниться еще разок. Диана почувствовала нарастающий гнев.
— Извини, извини, извини…
— И кто говорит, что зайца невозможно научить зажигать спички? — пробормотал Карлос с насмешкой.
Диана глубоко вздохнула и про себя медленно досчитала до десяти.
— Мне нужно идти. — Карлос поднялся во весь свой рост. Он двинулся к дверям, но вдруг остановился и повернулся к ней.
На строгом лице отражалось внутреннее напряжение. — Если во время моего отсутствия кто-то будет посещать тебя или встретит на улице, ты ничего не говоришь о наших отношениях и продолжаешь оставаться в своей роли. Договорились?
Смущенная, Диана тихо кивнула. Вот как. Он предполагал, что к ней кто-то придет?
Когда он вышел в холл, она поспешила за ним, не в силах удержаться от вопроса, который терзал ее весь вечер.
