А сейчас отдыхай, фэйри Ханна. У тебя впереди много работы.
Кажется, она делает какой-то неуловимо быстрый взмах рукой, и у меня перед глазами все плывет. Последнее, что я помню, — меня бережно укладывают на что-то мягкое, и шепчут: «Поздравляю! Ты только что сдала экзамен на поступление!»
Глава 52
Через две недели.
Встав с кровати, облачаюсь в голубое платье из тонкой, словно паутинка нити. Эльфийский шелк струится по коже нежной пушинкой, обещая беречь от переохлаждения и остужать в жару.
Впрочем, сейчас, когда зябкая прохлада уступила место теплу, чудесные свойства ткани не так уж важны. Наступил идеальный момент для прогулки!
За последние две недели только в минуты утреннего уединения могу прикоснуться к себе настоящей. Стать ненадолго из пробуждающейся фэйри и усердной студентки просто Ханной. Девушкой, по-прежнему умеющей желать и мечтать о своем.
Дохожу до самого края садовых угодий. Смахнув часть влаги, устраиваюсь поудобнее на гладкой поверхности деревянной скамьи и теперь разрешаю себе грезить о будущем.
"
"Совсем скоро я стану совершеннолетней. В день оглашения завещания сир Даммен уверил нас с мамой, что отец, помимо поместья, оставил мне значительную сумму. Все его наследие станет моим в ближайший день рождения. Тогда я смогу официально вычеркнуть из жизни ненавистного Фрёда. Но для начала вылечу маму и позову ее с собой. Уверена, узнай мама правду о муже, она разведется с ним в тот же день!
Канвой грядущих семейных перемен пытаюсь забить голову, чтобы поменьше думать о Хродгейре.
Совсем перестать о нем вспоминать никак не получается.
В первые дни учебы мне, наивной, казалось, что мы с полукровкой будем видеться часто. Живем ведь в одном городе, а его изобретательный ум всегда находил способ проникнуть, куда захочет.
Однако, чем больше минует дней вдали от него, тем больше сомнений закрадывается в голову.
Может, эта школа наглухо закрыта для любых посещений? Или, раз она девичья, то мужчинам вход сюда запрещен? Не случайно я до сих пор ни одного не встретила.
На днях я случайно услышала, что на выходных всех желающих учениц отпускают домой. И хочется, и колется попроситься за школьные ворота вместе с остальными. Боюсь, что ноги сами меня вынесут к дому Хродгейра, чтобы ненароком напомнить о себе. Мол, вот она, я, никуда не исчезла. И чувства мои все там же.
