Что-то внутри ноет и саднит, как самая настоящая рана, которая даже корочкой покрываться не хочет.
К душевным терзаниям плюсуются физические. До сих пор мне казалось, неимоверная усталость — главная причина неважного самочувствия. Теперь же еще от голода противно сосет под ложечкой, а от жажды пересохло во рту.
Вынимаю из кармана флягу и, запрокинув голову, прикладываю ее к губам, чуть замедлив лошадь. Вместо желанной жидкости, фляга дразнится пустотой. Выпито все до последней капли.
Может, попросить стражей остановиться у какого-нибудь фонтана или питьевого источника? Ведь они, надеюсь, не пожалеют глотка воды для приезжей фэйри?
Однако, взглянув в очередной раз на военную выправку и бесстрастные лица своих конвоиров, отказываюсь от этой идеи.
Эльфы молчаливы и сосредоточены, будто каменные изваяния рядом скачут.
Самый главный из них уже заявил Хродгейру, что приказы старейшин не обсуждаются. Если даже полукровке не удалось их переубедить, то вряд ли они согласятся задержаться в пути ради меня, незнакомой девчонки, кого изначально их лидеры гнали взашей.
Сжав зубы, обещаю себе потерпеть.
Где-то через пол часа мы въезжаем в местечко, расположенное на приличной дистанции от других домов. За белым, одноэтажным зданием возвышается монолитная стена. Та самая, что умеет растворяться в воздухе.
Судя по близости к стене, мы находимся на самой окраине города. Этот факт меня настораживает. Мне чудится, что стена вот-вот раствориться и новоявленную фэйри напыщенно и учтиво попросят покинуть пределы Даэрониса.
Пока мы движемся то ли в сторону здания, то ли стены, нам навстречу приближается прелестная, невысокая женщина. Кажется, она вся соткана из воздуха — так легки и грациозны ее движения. Бронзовые волосы обрамляют нежный овал лица и подчеркивают совершенство белоснежной кожи и алых губ. Прямо перед нашей группой она останавливается и радушно всплескивает руками, словно собирается обнять:
— Добро пожаловать в школу! Для меня великая честь обучать фэйри.
Женщина с искренней теплотой смотрит мне в глаза, и я подозрительно оборачиваюсь.
Не сидит ли за моей спиной другая фэйри, которую привечают с распростертыми объятиями?
Никого. Кроме меня, других фэйри здесь нет. Мне сложно поверить в ее гостеприимство после беседы со старейшинами. Заставив себя прервать неловкую паузу, отозваюсь на приветствие:
— Благодарю тебя за добрый прием! Я Ханна, а ты… Как мне к тебе обращаться?
— Прости мою неучтивость, фэйри Ханна. Я Элуйдес, директриса магической школы.
