— Вот и займетесь этим, Ваше Величество! — обратился к бабушке молодой мужчина. — Вы сделаете это, как никто другой. А я отправлюсь за своей, — он хмыкнул, — невестой. Обрадую, так сказать, юную леди.
Мария сдвинула брови, глядя на внука.
— Мне не нравится твой тон, — заметила она сокрушенно.
— Мне и самому он не нравится. Но сарказм в данной ситуации, никто не отменял, — Грегор взглянул на старую королеву. А затем рявкнул так, что даже люстра под потолком покачнулась, а в глазах вспыхнуло пламя: — Эй, кто там за дверью, немедленно идите сюда.
Дверь отворилась. На пороге застыл в поклоне лакей в ливрее.
— Немедленно оседлайте мне коня, — велел король.
— И пусть гвардейцы сопровождают Его Величество! — быстро добавила старая королева, на что Грегор лишь хмыкнул, понимая, что даже если бы ему взбрело в голову отправиться на поиски незнакомки по имени Лея Мильберг одному, никто не позволил бы ему сделать подобную глупость. Такова ноша и удел короля. Всегда одинок и никогда в одиночестве.
Лакей удалился, а королева поднялась из кресла и подошла ближе к своему монаршему внуку.
— Неужели, ты отправишься сам? — нахмурилась Мария.
— Естественно, — ответил Грегор. — И надеюсь, что пока буду отсутствовать, вы успеете переговорить с главами нашего рода, — заметил он. — Я хочу, чтобы к моему возвращению документ о разводе уже лежал на моем столе, а леди Роттергейн паковала вещи.
Лидия опустила голову, пряча улыбку, а королева Мария не скрывала радости от решительного тона внука.
— Хорошо. И постарайся, чтобы я не волновалась за тебя, — заявила она королю.
— Я немедленно призову глав. А ты возвращайся с невестой. Думаю, что стоит разузнать ее точную родословную. Возможно, нам даже не придется придумывать ей легенду.
— Мне все равно, — отрезал Грегор. — Мне нужен только ребенок в ее чреве, остальное я улажу сам. — И, поклонившись, покинул кабинет. А спустя минуту из помещения вышли Ее Величество королева Мария в сопровождении иссы Лидии и лунноволосого мэстра."
"Не знаю, когда успела задремать, но очнулась я уже на руках Тиля, который весьма бережно, явно не желая разбудить, нес меня по длинным ступеням незнакомого дома, стены которого были обиты деревянными досками.
Вздрогнув всем телом, напряглась, а принц опустил взгляд на мое лицо и, вместо того, чтобы остановиться и поставить меня на ноги, лишь крепче прижал к груди, вызывая волну смущения, залившую мои щеки.
— Пустите! — попыталась запротестовать. — Я сама…
Удивительно, но он послушался.
