— Вы не рады? — Грегор приподнял вопросительно бровь, продолжая смотреть на меня и ожидая…чего? Восторженного визга и слез радости? Нет. Я не была рада. Я не хотела никаких детей, и уж тем более, от короля. В мои планы входила настоящая любовь. Да, возможно, я слишком старомодна, но браки по расчету не для меня. В моих мечтах это был мужчина, которого я полюблю и который полюбит меня. А уже следом свадьба, семейная жизнь и, конечно, желанные дети. Но одна единственная ночь перечеркнула все.
— Что вы намерены сделать со мной? — спросила я, ожидая его реакции.
О том, что королю позарез нужен наследник я знала, как, впрочем, и все во дворце. Потому что по закону, принятому еще несколько веков назад предками Грегора, король, у которого не будет сына к тридцатилетию, лишается всех прав на трон. Возможно, закон был глуп, а может и нет. Предки, как я привыкла считать, были весьма мудры. Так что, возможно, и здесь была скрытая цель, пока еще мне не понятная. Так или иначе, все мужчины рода Лейнингеров заводили детей до тридцатилетия.
И только наш славный король Грегор тянул с женитьбой до последнего.
Глядя на лицо его Величества, никак не могла прочесть его эмоции. Вот когда, несколько минут назад, он гневался, это очень явственно отражалось в его взгляде, в поджатых недовольно, губах, и даже в линии подбородка, показавшейся мне более твердой и напряженной. А сейчас он выглядел обманчиво расслабленным. Следил за мной, будто хищник за своей жертвой. Вальяжный, опасный и непонятный в своих намерениях.
— У меня есть для вас предложение, леди Мильберг! — сказал он. — Я буду очень любезен и закрою глаза на ваш обман. Сделаю вид, что забыл, как вы и ваша родственница обвели меня вокруг пальца, хотя, знаете, мог бы лишить вас обеих головы. Но…
Он сделал паузу, за время которой я сглотнула, лихорадочно соображая, не причинила ли своей семье еще большей беды. Кто же знал, что все откроется? Я думала, Клаудиа все рассчитала, а она подставила нас обеих. И если ее род сильный, могущественный и влиятельный, то моя семья на грани нищеты, а потому у нас никаких шансов повлиять на решение короля.
Мы не важны. Мы — не нужны. Разменная монета в игре сильных мира сего.
— Позвольте мне все вам объяснить, Ваше Величество… — начала было я, но он поднял руку, обрывая меня на полуслове.
— Зачем? Я не желаю ничего знать. Я уже сказал, что забуду о вашей подлости, но не ради вас, а ради него, моего сына! — и опустил взор, глядя на мой живот обтянутый тканью платья.
