Даже не знаю почему в тот же миг вжалась в сидение, надеясь, что Грегор пройдет мимо. Но он шел целенаправленно к экипажу, а минуту спустя открыл дверцу и забрался внутрь, устроившись напротив меня.
— Трогай! — рявкнул он, хлопнув дверцей. Я моргнула, испуганно выглянув наружу. Заметила, что Тиль подъехал ближе, и его близкое присутствие подействовало успокаивающе.
— Итак, — произнес Грегор, — поговорим…леди Лея Мильберг!
Голос звучал пренеприятно, а сам мужчина принялся рассматривать меня с усиленным интересом, будто что-то прикидывая в уме.
— Я всегда к вашим услугам, Ваше Величество! — ответила, поклонившись.
Вот не стану выгораживать Клаудию. Не моя вина в том, что она познала мужчину, прежде чем вышла замуж. И я ничего ей не должна, потому как дорого заплатила за те документы. А потому, если король спросит, что да как, расскажу все без утайки.
Мысленно приготовилась отвечать, но Грегор сидел молча, и лишь смотрел на меня. А выражение его глаз казалось непонятным и странным. Я тоже молчала.
Глаза опустив, принялась рассматривать собственные руки, когда Его Величество решил нарушить молчание.
— И как дорого стоила ваша честь, леди Мильберг?
Тон его голоса поразил ледяными иглами. Я вскинула глаза и наши взгляды встретились.
— Что? — удивленно проговорила я.
— Я спрашиваю, сколько стоила ваша честь, леди, — повторил он и только тогда до меня дошло.
Он не знает, что я спасала брата. Думает, что дело в деньгах, или в чем-то подобном! Получается, такого он мнения обо мне? Даже ладонь зачесалась приложиться ею к щеке монарха.
Но я сдержалась. Это было немыслимо, чтобы какая-то горничная ударила короля.
— Молчите? — он усмехнулся. — Что ж, какой бы не была причина, мне не интересно. Главное — последствия вашей глупости, леди.
И снова Грегор говорил загадками. Я смотрела на него, такого красивого и холодного, не понимая, что прельщает женщин в подобных мужчинах. Деньги? Власть? Не иначе. Потому что ничем иным такой человек не может привлечь нормальную женщину.
От его холодного тона хотелось поежиться и обхватить себя за плечи. А эта насмешка в глазах… Будто Грегор знает все мои тайны, самые грязные и преступные… Как же было тошно!
— Что вы имеете ввиду, милорд? — спросила я, намекая о непонятных последствиях.
— Вы глупая, или и правда, ничего не знаете? — прищурил глаза Огненный."
"Но я и правда ничего не знала, и не понимала, кроме ненависти в его глазах. Ненависти, замешанной на чем-то еще.
