И только так.
Сердце ударилось сильнее. Улыбка тронула мои губы и я, вскинув руки, обвила ими шею мужа.
— Когда? — спросила нетерпеливо.
Он посмотрел на меня так, будто увидел впервые. Долго. Внимательно. Изучающе. А затем тоже улыбнулся.
— Мне нравится, какая ты теперь со мной, — шепнут горячо. — Я сделаю все, чтобы ты осталась такой же непосредственной, как сейчас. А к брату, — он снова начал клониться к моим губам, — мы отправимся утром. Я отдам распоряжения, — и уже почти касаясь губами моего рта: — Довольна, маленькая королева? (3351c)
— Да! — выдохнула я, чувствуя, как его губы накрывают мои, сминают в жадном поцелуе, обещающем сладкое и удивительное продолжение.
Но утром нас ждал сюрприз. Неприятный, что уж скрывать.
Лорд Вендель Роттергейн пожаловал в гости.
Глава 24"
"Роттергейны считались вторым родом по силе. Кровь не менее древняя, чем та, что текла в жилах королевы Марии и моего мужа. Приезд такого было просто невозможно проигнорировать, и я поняла желание Грегора перенести поездку к брату на несколько дней, за время которых лорд Вендель должен был покинуть королевский дворец.
Я вспомнила, как он входил в большой приемный зал. Ради него были соблюдены все придворные церемонии, а мне пришлось находиться рядом с мужем, как верной жене и его супруге. Только вот смотреть на родственника было отчего-то до неприличности, жутко.
Глядя, как он широкими уверенными шагами пересекает зал в сопровождении своих людей, я видела нашу первую встречу, в тот самый день, когда он приехал с предложением выкупить наше родовое имение.
День, когда глупый брат сыграл свою роль в моей судьбе, уже тогда определив будущее той, что прежде была просто Леей Мильберг, девушкой полукровкой, той, которая никогда не станет драконом, подобной своему мужу королю. Тогда Вендель тоже был одет в дорогую дорожную одежду. Просторный плащ он видимо, снял, и теперь красовался в камзоле и плотных штанах из тонкой шерсти.
Но такая одежда, не стеснявшая движение и не висевшая грузом, была обработана магами, потому Водный не замерз бы в ней даже в сильный мороз. Я заметила тяжелую цепь, свисавшую с его груди, и короткий нож с украшенных вязью с символами рода знаками. То, что Водному оставили этот короткий клинок, говорило о том, что он высокого рода, а сам нож свидетельствовал только о положении своего хозяина.
