«И почему я не удивлена?» — подумала я, дочитала письмо, заканчивающееся пожеланиями отца хорошего здоровья мне и королю, а затем сложила его и спрятала в верхнем выдвижном ящике, помня о том, что через полчаса предстоит процедура выбора фрейлин. Ее Величество, вдовствующая королева Мария, обещала присутствовать при этом, и я ждала, что она вскоре присоединиться ко мне.
«Тебе нужна хорошая помощница, милая, — сказала старая женщина. — Вот у меня есть Лидия. И я считаю, что мне весьма повезло с ней. Лучше помощницы и пожелать невозможно.
Так что, отбери тех девушек, кто приглянется, а там уже определишься, какая из них будет достойна занять столь почетное место при королеве!».
В словах и советах Марии был смысл. Я заметила, что женщина вообще всегда дает только дельные советы и намеревалась прислушиваться к ее мнению, хотя, знала, что все же в первую очередь стану решать сама. Иначе, какая из меня королева. И пусть, что временная. Я, конечно, не собиралась лезть в дела королевства, но уж выбрать окружение хотела сама.
Когда спустя несколько минут в двери постучали и вошел лакей, сообщив о том, что девушки, отобранные из числа молодых придворных дам, явились и ждут позволения войти, я кивнула, сообщив, что пусть заходят все сразу.
— Я боюсь, Ваше Величество, — замялся слуга.
— Что не так? — удивленно приподняла бровь.
— Боюсь, что все желающие леди здесь, — он обвел взглядом комнату, — просто не поместяться.
— Тогда вели им заходить по несколько человек, — проговорила я, а сама подумала о том, что возможно, стоит дождаться прихода королевы Марии, и отменила приказ.
— Нет. Пусть подождут, пока не прибудет Ее Величество!
Лакей поклонился и вышел, а я поднялась и вышла из-за стола. Оказавшись у окна, положила руки на широкий подоконник и выглянула во двор, туда, где осень плакала мокрыми каплями дождя, стекавшими по стеклу.
Мысли как-то сами, невольно, вернулись к утреннему пробуждению. Щеки будто окатило огнем. Не удержавшись, вскинула руки и прижала их к лицу, глядя, как отражение в стекле, взволнованное, сверкает глазами.
Грегор. Что же он творит! Почему заставляет меня сгорать от стыда и одновременного желания? Почему мое тело так предательски реагирует на его ласки. Ведь я почти готова была сегодня выбросить белый флаг! Сдаться, уступить его напору, понимая при этом, что никто не осудит меня. В глазах всех мы — муж и жена. Более того, мы ждем общего ребенка. Так почему я не хочу дать королю то, чего он так пытается добиться? Ведь не маленькая.
