Да и после, Грегор не раз обращался к мэйстру, чтобы отточить навыки. А вот сейчас завидев своего учителя не удержался от приветственного кивка, когда понял, что не остался незамеченным в полумраке арки, ведущей в зал. Мечник низко поклонился в ответ, а затем, повинуясь быстрому кивку Его Величества, медленно отступил прочь, уходя из зала. Понимая, что король желает поговорить с братом наедине и его присутствие нежелательно.
Выждав несколько минут, Грегор прошел вперед, не отрывая взгляда от высокой фигуры наследного принца.
Следя, как искусно Тиль делает выпады, орудуя тяжелым мечом, словно в его руке была не отточенная сталь, а ивовый прут. Кейзерлинг находился спиной к входу, но это не обмануло Грегора, хотя он старательно скрадывал шаги. И все же, когда до цели оставалось несколько ярдов, Тиль замер, опустил меч и, не поворачиваясь к брату, произнес:
— И почему я не удивлен твоему визиту? — и только после того, как слова прозвучали в пространстве огромного зала, медленно повернулся, встретив взор короля.
— Вероятно, потому что знаешь его причину, — отозвался Грегор и братья смерили друг друга долгими взглядами. Прошла минута, за ней другая, и лишь по ее истечению, Кейзерлинг, будто опомнившись, склонил спину в поклоне, проговорив ясным голосом: — Мой король! — а затем также быстро распрямил ее и, оперевшись на меч, взглянул на брата с ледяным спокойствием. — Чем обязан? Ты же не на тренировку спустился сюда. Не иначе как меня искал?
Грегор усмехнулся и вместо ответа прошел к стойке с оружием.
Подобрал меч по руке, взмахнул вокруг себя разрезая воздух, примеряясь к замаху и тяжести клинка, а после вышел к Тилю и встав напротив, ответил:
— Может быть, давай разомнемся вместе, как в старые добрые времена? — предложил и улыбнулся, скривив губы.
— Почему нет? — согласился Тиль и кивнул на изрядно порубленный турник, годившийся теперь разве что на растопку камина. — Этот все равно пришел в негодность. А я только начал разминаться.
— Вот и славно! — улыбка короля стала шире и теперь походила на оскал хищного зверя, решившего поиграть с жертвой перед тем, как пообедать ею.
Несколько широких шагов и мужчины встали почти рядом, разделенные лишь ничтожным расстоянием в вытянутую руку. Взгляд наследного принца смеялся. Смеялись и его губы, а вот напряженная поза сильного тела говорила о том, что этот смех — просто игра. Он ждал ярости от брата и понимал, с чем связанно его внезапное появление в зале.
