— Когда мне исполнилось семь, мы с папой пошли на озеро, — неуверенно начинаю говорить. Не знаю, почему. Слова сами полились из меня. А Макс не останавливает.
— Там был небольшой холм с деревом, а на ветке привязан канат. Мальчишки раскачивались на нём и прыгали в воду. Папа не разрешил мне, сказал, что это опасно. А я…, — сглатываю, — Не послушалась. Вечером, пошла туда одна. Смотрела, как мальчишки прыгают. Ребята подтрунивали надо мной. Смеялись, что я так никогда не смогу. Духу не хватит.
— И ты решила доказать обратное.
— Да, — киваю, стараясь прогнать слёзы, — Но я испугалась. Помню, как висела на этом канате, и не знала, что делать. Не могла спрыгнуть назад. А потом, руки соскользнули, и я резко полетела в воду. Так быстро, что даже закричать не успела. Только ужасно испугалась. А выплыть – не могла. Глубина была небольшая, но я зацепилась за корягу на дне, и просто тонула."
"Максим ничего не говорит. А я хочу закончить рассказ и уйти, с гордо поднятой головой. Пусть хотя бы не считает меня полной дурой.
— Меня вытащил один из мальчишек, что смеялся надо мной. Дома я не рассказала ничего. Соврала, что упала в воду, но всю правду не сказала.
— Почему? – спрашивает Макс.
— Не знаю. Я ничего не могла сделать. Это чувство беспомощности, насмешек со стороны. Стыдно.
— И с тех пор ты боишься воды, — подытоживает Максим.
— Не совсем. Просто не очень люблю. Я хожу спокойно в бассейн. Мечтаю побывать на море. Но сегодня….Этот спуск, — поднимаю глаза на Исаева, — Вспомнила то ощущение падения и полной беспомощности.
В этот раз, меня некому было бы спасти. Наверное поэтому и запаниковала. Прости, что испортила тебе времяпровождение, — хватаюсь за ручку, но Макс останавливает меня. Не даёт выйти. Блокирует двери. Не понимаю, что происходит, а он приближается ко мне и шепчет прямо в губы.
— Я тебя спасу. Всегда, — не дав мне возможности ответить, целует. Нежно, но притягивая к себе и крепко обнимая. Словно подтверждает свои слова и даёт понять, что не отпустит. Что будет рядом.
Глава 7
Алла…
Всё закрутилось так быстро, что я и опомниться не успела. Не было предложения встречаться или каких—то громких слов. Вернее они были. Но иные. Вместо — я тебя люблю, Максим говорил, что нуждается во мне, что будет рядом. Вот только я боялась поверить в это. Ведь про переезд в Россию речи не шло. Изредка слышала обрывки его разговоров с матерью, из которых понимала – Макс уедет. Он ничего не обещал мне. Хотя нет, тоже вру. Обещал. Что не оставит.
