Ну что за человек?
— Ты! Твоё отношение ко мне, — выпаливаю на одном дыхании. Макс не понимает. Смотрит так, будто ждет объяснений.
— Ты не веришь мне. И видимо, никогда не верил. Считаешь меня виноватой во всех грехах. Почему ты тогда не захотел ничего выяснять? Между прочим, ты первый меня обидел своей ложью! Не сказал про невесту. Каким бы ни был ваш брак, я имела право знать! – выплёскиваю наружу то, что несколько лет мучило меня, — И даже сейчас, когда мы снова встретились. Ты не хотел даже попытаться меня услышать.
Ты тупо мстил.
— Алла, это…
— Не надо говорить, что это не так, — перебиваю, — Пытался задеть, унизить. Объясни, когда я тебе дала повод не верить мне? Ведь явно не тогда в квартире у Ника. Всё гораздо сложнее, верно? – допытываюсь. Хочу знать правду. Что творится у него в голове. В конце концов, не я завела этот разговор.
— У нас ничего не получится, если мы не будем откровенны друг с другом, — продолжаю настаивать. Вижу, что Максим не горит желанием что—то рассказывать. Я же наоборот, полна решимости во всем разобраться.
— Я не тебе не верю, — после продолжительной паузы произносит мужчина, — Я не верю в отношения по любви, между мужчиной и женщиной, — ох, чего –чего, а такого я точно не ожидала. Видимо все эмоции отражаются на моём лице, потому что Максим сразу пытается меня успокоить.
— Это в прошлом, Алла. Сейчас всё иначе. Я уверен, что ты не предашь и….В общем, что у нас всё будет иначе.
— Иначе? Чем у кого?
— У моих родителей, — бормочет Макс. Блин.
Паршиво. Детские травмы – поганая вещь. И кажется я как раз столкнулась с подобной.
Честно говоря историю отношений родителей Максима я знала вскользь. Но видимо, там всё не так просто, как казалось. И сам Исаев до сих пор не может избавиться от каких—то собственных воспоминаний.
— На самом деле, какой бы жёсткой иногда не пыталась казаться моя мать, она любила отца, — начинает рассказывать Максим, — А он просто пользовался ею. Считал своей собственностью. Она ведь изначально даже не знала, что он женат.
— Правда? – искренне удивляюсь. Не верится, что такое можно скрыть. Тем более, Исаев старший известная личность.
— Да, — кивает, — Мама была влюблена. Отец, — вздыхает. Видно, что ему тяжело даётся этот разговор, — На самом деле тот ещё бабник. Его жена уверена, что моя мать – просто ошибка. Но женщин у него всегда было много. Не удивлюсь, если у нас с Ником ещё есть братья или сёстры, — хмыкает.
— Ничего себе, — только и могу пробормотать я.
