– Удачи, – беспечно пожимаю плечами и ухожу на рабочее место – нет желания вступать с этой стервой в перепалку.
Полдня работаю с клиентами и вздрагиваю от каждого стука в дверь – боюсь, что нагрянет объект моих страданий. Но нет, он до обеда «не осчастливил» меня своим присутствием. И это невероятно нервировало, тревога нарастала с каждой минутой, я ощущала себя подсудимой, которой вот-вот огласят приговор. Стоило раздаться телефонному звонку, как я вздрогнула и с опаской посмотрела на аппарат, мое подсознание вопило, что сей звонок связан с Кириллом.
– Да? – отвечаю с замиранием сердца.
– Тебя Кирилл Эдуардович к себе вызывает, – без приветствия начинает подружка стервы – Зоя, наша секретарь.
– Хорошо, – коротко отвечаю и отключаюсь, так как уверена, что эта тоже начнёт язвить, а мне сейчас и без этого проблем хватает.
Обречённо вздохнув, прикрываю глаза, пытаясь настроить себя на встречу с отвергнутым мной мужчиной. Что-то мне подсказывает, что настал час расплаты.
Когда пришла в приёмную, Зоя окинула меня взглядом, полным презрения.
И сквозь зубы процедила:
– Кирилл Эдуардович ожидает тебя. – И чуть слышно: – Лицемерка.
– Теряешь профессионализм, – отвечаю ей, а сама в этот момент открываю дверь в логово зверя.
Именно такие у меня были сейчас ассоциации с Кириллом: что он, словно зверь, затаился в ожидании своей добычи.
– Вызывали? – интересуюсь, войдя в кабинет.
Кирилл с полуулыбкой на лице окинул меня взглядом. В кабинете воцарилась тишина, и с каждой секундой моё волнение усиливалось.
Ну а как тут быть спокойной? Когда на тебя смотрят так, словно разбирают на молекулы. Он первый раз на меня так смотрел, и от этого взгляда по телу пробежал озноб.
– Солнечная, в нашей ситуации обращаться друг к другу на «вы» нелепо, не находишь? – начал он вкрадчиво, показывая рукой на кресло напротив себя. – Не стесняйся, присаживайся.
Собралась и с невозмутимым видом воспользовалась его приглашением. Но на самом деле ноги от волнения стали ватными и каждый шаг давался с большим трудом, казалось, что в любой момент могу рухнуть, как подкошенная.
– Сонь, – продолжал он, подался вперёд корпусом, сложив в замок пальцы. – Я даю последний шанс решить наши разногласия мирным путём. Поверь, я не хочу тебя принуждать. Даже несмотря на твою омерзительную реплику…
– А у нас есть разногласия? – перебиваю его.
А сама думаю, какую фразу он посчитал омерзительной. В ответ он полоснул меня недовольным взглядом.
