Хотя он уже как бы и не нужен, по крайней мере, мне. А вот Люде – да, она перед отъездом по своим делам знатно своего ругала. Так что отговаривать Юлю от этой затеи я не стала.
На следующий день меня ждал сюрприз – навестила мама Кирилла. Чем слегка удивила, ведь она уже несколько дней не приходила ко мне. Её взгляд заставил нервничать. Если раньше в нём горел азарт, то сейчас он был немного тусклый, словно с женщиной случилось что-то страшное.
– Любовь Валерьевна, что произошло? – не скрывая волнения, спросила будущую свекровь.
– Не переживай, милая, со мной всё хорошо. А как у тебя дела на личном фронте? – смотря мне пристально в глаза, интересуется. Хотелось ей ответить: «Не ваше дело». Но я решила этого не делать, нет её вины в моих проблемах.
– Поругались… – тяжко вздохнув, сказала правду.
– Он что, тебя обидел?! – приняв грозную позу, пророкотала она.
– Скорее всего, я его…
– Почему? – уже более спокойно спросила.
Ну, я и решилась.
– Он очень хочет детей, а я этого дать ему не могу.
Вот и отталкиваю его.
Женщина вздрогнула, как от удара, и побледнела.
– А сказать ему правду не пробовала? – как-то приглушённо спросила.
И я поняла, что с моей стороны будет эгоистично лишать её внуков, а Кирилла детей.
– Собиралась, но сейчас осознала, что этого делать не стоит. И я знаю, что вы его мама. А также я поняла, что не вправе вас обоих лишать мечты. Вам нужно найти своему сыну другую девушку…
Она открыла глаза, и в них полыхал гнев.
– Мой сын – не мальчик, которому можно втюхать женщину.
Он любит тебя, и то, что ты не можешь иметь детей, его не отпугнёт. Я знаю своего ребёнка!
– Но вы не знаете меня! Я его тоже люблю, поэтому не позволю ему совершить ошибку.
– Если бросишь его, то я сама расскажу причину и за шкирку притащу в ЗАГС. И даю сто процентов, что он не отступится. А насчёт детей – можно усыновить, да много что можно! – она с воодушевлением придумывала выход из этой ситуации.
– Это вы сейчас так говорите… – начала я.
Но она меня тут же перебила:
– Да с чего ты взяла, что не можешь иметь детей?
– Это сказал врач.
– Один? – интересуется и так хитро смотрит на меня.
– Да, один, мне было страшно! Вы не знаете, что мне пришлось пережить…
– Поверь, знаю. Ты думаешь, я просто так отсутствовала? – огорошила меня признанием.
– Вы хотите сказать, что разнюхивали моё прошлое?
– Ну а что мне оставалось делать? Ты как партизан молчишь и отталкиваешь моего сына.
