Давай так, если у тебя есть вопрос – спроси, и я отвечу.
– А как насчёт прослушки?
– Прослушки? – переспросил, а сам в этот момент стал анализировать сложившуюся ситуацию.
После того как они узнали, что мы прослушиваем их разговоры, сто процентов будут шифроваться. Значит, нам с Глебом придётся изворачиваться, чтобы обеспечить их безопасность. Хорошо, что не знают о слежке, иначе мы бы совсем рехнулись.
– Ну что завис? Снимете её или дальше будете уши греть?
Вот заноза!
– Послушай, Сонь, мне и самому не очень-то нравится это.
Но вы же обязательно найдёте проблему на свои красивые попы. А так мы хотя бы сможем вас подстраховать.
– Так… – насторожилась она.
Смотрит так пристально, словно пытается прочесть мои мысли. Я же мысленно выругался. Хотел как лучше, а получилось как всегда. Она же сейчас мне будет мозг выносить своими вопросами! А узнав ответы, может наломать дров. Вот я встрял!
– Соня, не начинай…
– Что, не любишь расспросы? Если так, то советую тебе быстренько надеть свой пиджачок и скрыться от неизбежных проблем, а для тебя это неудобные вопросы, кои ты терпеть не можешь… И как тебе верить? Только сказал, что готов отвечать на возникшие вопросы, и стоило задать один из них, ты сразу на попятный.
– Во-первых, ты ещё не задала вопрос. Во-вторых, я имел в виду те, что касаются непосредственно нас.
– Знаешь, кого ты мне сейчас напоминаешь? – зло сощурив глаза, интересуется она.
– Кого?
– Угря, скользкого такого…
Ах ты, язва сибирская!
– Соня… – попытался я остановить зарождающую бурю.
Хотя уже понимал – бесполезно. Я, конечно, мог всё прекратить, приструнив девушку. Но в сложившихся обстоятельствах это неразумно, у нас и так перемирие, словно тонкий лёд: одно неосторожное слово – и всё придётся начинать заново. Посему я смиренно приготовился к атаке на свой мозг и потере нервных клеток. Ничего страшно, ради любимой можно немного и потерпеть, потом покажу, кто в доме хозяин.
А пока дай мне, Бог, терпения.
– Но, если ты останешься, хочу сразу озвучить твою участь. – Она замолчала, я напрягся, так как уже знал, что после такой паузы всегда наступает оглушительный взрыв. – Так вот, если ты, – вновь пауза, я с трудом сдержал страдальческий вздох, готовясь к неизбежному, – собрался в будущем жить со мной … – опять этот обманчиво спокойный голос, но меня этим не проведёшь.
