После всей той хрени в кабинете самому долгое время было паршиво.
— Хочешь, я отберу у тебя сердце? — шепчет, развернувшись ко мне лицом.
— Уже отобрала.
Майя прищуривается, но улыбается. Кивает каким-то своим мыслям и топает в сторону гостиной.
— Налей, пожалуйста, чай, горячий, — просит, усаживаясь на кресло.
— Без проблем.
Ухожу на кухню. Включаю чайник, достаю кружку. Думаю о том, что было бы, не позвони мне Вэл сегодня? Ничего хорошего, наверное. От этих мыслей мутит.
Может, Майя права была и Кудяков действительно изменился? Я же изменился, наверное…"
"Либо у него просто есть какой-то план.
У него всегда был план. Я не поверил ему тогда, потому что знал, кто он такой. Точно не чувак, каким его видит Майя. Он с легкостью может быть причастен к тем анонимным сообщениям, но, если это так, какой смысл так быстро сдаваться сейчас? Мозг нагружен этой инфой уже много дней и вот-вот разорвется к херам.
На этой неделе забрали все компы и сервер из дома Гимаева, где раньше играли, чтобы спецы посмотрели весь этот хлам.
Возможно, тот, кто тогда подключился дистанционно, оставил след?!
Наливаю чай для Майи и возвращаюсь в гостиную. Пару минут стою с кружкой в руках, наблюдая за спящей Панкратовой. Дрыхнет прямо в кресле, подтянув к груди колени.
Ставлю чашку на журнальный столик и аккуратно поднимаю Майю на руки. Несу в спальню. Плотная ткань ее платья до сих пор нормально не просохла. Кладу Майю на кровать, упираюсь в матрас коленом, расстегивая пуговицу за пуговицей на этом самом платье.
Аккуратно, чтобы не разбудить, высвобождаю руки из рукавов и бросаю эту тряпку на пол, белье летит туда же. Моргаю и тут же засовываю Панкратову под одеяло, чтобы не чувствовать себя долбаным маньяком.
Следующие минут десять стою под холодным душем. Потом закидываю свои и ее мокрые шмотки в сушилку, иду на балкон покурить. Думаю о том, что она там голая, и прямиком с балкона чешу обратно в душ. Пи*дец какой-то.
Ложусь около четырех часов утра. В моей квартире, естественно, не одна спальня, но я целенаправленно ложусь с Майей.
В целях безопасности от себя самого беру второе одеяло. Насколько убого будет, если я подрочу сейчас на нее спящую, еще и лежа с ней в одной кровати?
Вырубаюсь именно с этой мыслью в итоге. А вот просыпаюсь от громких воплей.
— Мейхер, ты вообще охамел! Просыпайся, зараза такая!
Разлепляю глаза. Майя нависает надо мной, прикрывшись одеялом. Растрепанная, а выражение лица такое, будто вот-вот сделает мне харакири.
