— А мы разве ругались? — приподнимаю бровь."
"Вэл мотает головой. Смотрит на меня каким-то дичайшим взглядом и, сократив расстояние между нами до пары миллиметров, рывком усаживает меня на столешницу. Ойкаю, а его губы уже накрывают мои в требовательном поцелуе. В поцелуе, не терпящем возражений. Собственническом.
Чувствую его пальцы, а потом и всю ладонь, обхватывающую мою щеку.
Он смотрит мне в глаза, оторвавшись от губ, и я вижу, как темнеют его радужки.
— Почему ты не сказала, что он в городе? Зачем он приходил? — Вэл переходит на шепот, и мне становится не по себе.
Тело покрывается колкими мурашками. Передергивает. Хочется себя обнять, крепко-крепко, а лучше спрятаться.
— Я боялась, что… Прости. Нужно было сказать, — часто киваю.
— Нужно. Да, нужно было сказать. Я всегда тебя пойму, помни это.
Эти слова звучат так тепло, что сердце щемит. Они именно обнимают. Вэл еще секунды смотрит на меня, а потом снова целует. Жадно. На грани какой-то жестокости. Сжимает, лишая возможности двигаться, продолжая поглощать мой рот.
Это распаляет. Щеки краснеют, низ живота приятно сокращается, и в какой-то момент его ладонь скользит по внутренней стороне моего бедра. Добирается до треугольника трусов и отодвигает их в сторону.
Вздрагиваю и распахиваю глаза. Чувствую в себе его пальцы и, кажется, задыхаюсь. Задыхаюсь, потому что мне неприятно, а ведь еще несколько дней назад мне с Вэлом было хорошо…
Накатывает паника. Я пытаюсь перебороть себя, пытаюсь расслабиться, но не выходит. Тело напряжено, как струна, а душа оголена.
Я чувствую какое-то едва сдерживаемое желание оттолкнуть Вэла, но борюсь с собой, конечно. Мы столько пережили вместе. Поддерживали друг друга, всегда-всегда были рядом. Он меня насильно вытащил из депрессии, заботился, смешил, оберегал. А я… Я, получается, им все это время пользовалась?
От этой простой, но кощунственной мысли, с которой я не хочу соглашаться, обдает холодом. Нет! Такого не может быть. Я его любила, точнее, люблю. У нас все хорошо. Мы идеально друг другу подходим.
Он же мой человек, правда?
Закрываю глаза, чтобы не расплакаться. Нос уже щекочет от подступающих слез.
Тело каменеет, я чувствую, как Вэл меня целует, обнимает, как его пальцы проникают в меня, кажется, даже слышу, как он расстегивает ремень, и ничего не делаю. Сопротивляюсь только у себя в голове. Стыжусь этого тоже там.
Боже мой, ну ведь так просто сказать нет. Сказать, что не хочу сейчас, что у меня в душе раздрай, или же, что мне плохо. Он поймет.
