Мой лучший модельер до конца дней. То самое фантастическое платье… ее рук дело. На выставку приду в том, что еще круче, представляешь?
— Ого! — присвистывает мужчина и с уважением смотрит на меня.
Даже прикладывает руку к обнаженной груди. На нем только трико."
"— Платье, реально, фантастика. Польщен знакомством… — говорит с уважением.
Знакомимся, болтаем немного, потом Святослав выпроваживает нас вежливо, но твердо.
— Все, дамы. Увидимся в зале. Мне нужно переодеться перед выступлением.
— Ммм… Я думала, ты и не вспомнишь.
— Иди и смотри…
Занимаем место за столиком. Пока выступают другие, не коллектив Святослава. На разогреве у публики… Я не спрашивала об истории знакомства и дружбы Александра и Святослава, но она сама рассказывает. Рассказывает не только о Святославе, но и об отношениях с Расулом. Слушаю увлеченно. От некоторых моментов мурашки по коже и внутри все сворачивается ледяным клубком. Ничего себе…
Наши истории немного перекликаются. Мы обе растили детей без отцов в самом начале… Наверное, именно некоторая схожесть заставляет меня признаться и рассказать без утайки обо всем, что творится.
— Я просто стала ей не нужна, — с горечью делюсь своей болью о дочери.
— Что за глупости?! — возмущается Александра. — Разумеется, ты ей нужна. Нужна, как воздух.
Как-то незаметно мы перешли на ты, атмосфера располагающая, впервые отдыхаю в компании кого-то, кто не в курсе моих сложностей с Тихоном.
— Ты просто не видела, как она горит рядом с отцом. Горит идеями, общими увлечениями.
— Огню нужен воздух. Всегда нужен. Иначе стухнет… Дети — те еще манипуляторы. Но бесхитростные манипуляторы. Твоя Ника просто хочет изо всех сил показать, как вам обоим плохо без папы, вот и все. Ей, как дочери, тебе, как… его женщине.
— Да уж, его женщине. Ага…
— А что, у тебя были другие мужчины? У меня было много попыток, но ни одна не увенчалась успехом. И я рада, что так и вышло. Мне судьбой было предназначено встретить именно Расула, этого несносного и прекрасного мужчину.
— Нет, не было. Никого. Даже не пыталась. Но у него были… Точно, были!
— Я тебя понимаю. Твои обиды. И ты зря думаешь, что простить — это равно забыть обиды. Нет, помни. Помни каждую из своих обид, именно они сделали тебя такой… Но не забывай, что не обиды делают нас счастливыми, а улыбка детей, глаза любимого, близость с ним. Хочется же? — подталкивает локтем.
— Да, но… Боюсь. Я трусиха. Я жуткая трусиха.
— Позволь себе. Не ему, а себе… И тогда все изменится.
