– Стеф. Стеф, стой! – делаю рывок.
Меня тормозит крепкая рука Вара, вцепившаяся в плечо.
– Ну ты и придурок, Серый.
– Ты вообще не лезь, это не твое дело. Мы сами разберемся.
– Разобрался уже. Такой херни такой девочке наговорить. Верхней башкой не пробовал думать, прежде чем трепаться?
– Слушай ты, гуру-психологии, держись от нее подальше. Усек?
– Ага, усек. А ты иди, проветрись, – вручает мне два рожка с мороженым Рус, – придурок, – недовольно качая головой. – Бемби, стой! – бросается следом за Ростовцевой.
Она позволяет ему себя нагнать. Позволяет себя обнять за плечи. А я гондон!"
"Сжимаю кулаки до хруста. Не сразу сообразив, что хрустят это не суставы, а вафельные рожки в моих руках.
Матерясь, отшвыриваю от себя липкое мороженое, размазавшееся по пальцам. Полной грудью вдыхаю безысходность, когда с неба снова заряжает проливной дождь.
Глава 20. Плохая девочка
Стеф
Руслан догоняет меня и приобнимает. Я ему это позволяю. Не сразу, но успокаиваюсь и даже улыбаюсь.
Эмоции постепенно утихают. Хотя меня все еще мелко потряхивает.
Варламов утаскивает меня в сторону ближайшего кафе, потому что у нас над головой снова сгущаются грозовые тучи. Усаживает за столик, заказывает мороженое. Фисташковое. Три огромных шарика! Следит, чтобы я ела и не рыдала. Болтает без умолку, смешит, дурачится, всячески делает вид, будто ничего не произошло. Этот суровый татуированный качок возится со мной, как с маленьким ребенком! От такой заботы становится тепло на душе.
Потом Вар сажает меня в машину и увозит в ТРЦ – гулять на улице не представляется возможным. Там опять и уже на весь день зарядил проливной дождь. А прямо сейчас возвращаться в один с Сережей номер мне не хочется. Снять другой я не могу – вопрос с паспортом все еще не решен – и от того, чтобы его снял для меня новый знакомый, я отказываюсь.
Я же не собираюсь избегать Сережу, в самом деле? Да, он гад. И повел себя гадко. Не я была зачинщицей произошедшей близости.
Оба раза! Но я должна была его остановить. Оба раза! Это факт. Признаю, моя вина тоже есть, но это не делает меня беспринципной проституткой, готовой отдаться любому! Да и он… не любой. Он должен это понимать.
Нет, я не буду прятаться. Я сделаю вид, что мне пофиг. Что ничего не произошло. Я могу. Я привыкла так себя с ним вести, и не важно, что теперь на повторе крутятся его обидные слова, которыми он в меня так опрометчиво «ткнул».
