Хриплю:
– Зачем это?
– У нас слишком много лишней энергии.
– И что?
– Она мешает нам работать!
– Чушь. Бред. Фигня!
– Нам нужно ее сбросить.
– Я знаю другой прекрасный способ вместо убийственного тягания железа, Карамелька.
– Знаю я твои способы, – фыркает мое облачко. – Мы уже стерли все, что можно и нельзя. До костей!
– Неправда. Там еще, – хватаю ее за попу, – все нормально. Туда мы еще не добрались…
– И не надейся! – хохочет Стеф, отползая от меня по кровати. – Надо собираться. У нас тридцать минут! Кстати, Сереж…
– М-м-м?
– А мы всегда предохраняемся?
Хороший вопрос.
А главное, своевременный. Совершенно не по-взрослому, конечно, но рядом с Ростовцевой мозги отшибает напрочь, и я частенько забываю об элементарных вещах. Контрацепции, например. Башкой вполне понимаю, к каким это может привести “последствиям”. Но, честно говоря, они меня ни разу не пугают. У меня в голове уже все решено. Разложено по полочкам. И расписано по годам. Я буду очень не против, если через семь с небольшим лет наш ребенок пойдет в первый класс.
Самонадеянно и эгоистично? Вероятно. Но какой есть. Поэтому все, что я делаю в ответ на этот вопрос, – тяну:
– Ну-у-у…
И затыкаюсь, заваливаясь головой на подушку. Карамелька подскакивает на постели и таращит на меня глаза:
– Что значит “ну-у-у”?
– Было пару раз. Без презервативов.
– И-и-и?
– Что “и”?
– Мы же… не же… ты же не устроил мне залет, да? Скажи, что не устроил!
– Это мы узнаем примерно недели через три-четыре, – улыбаюсь.
Ростовцева зеленеет, бледнеет и тут же багровеет. Рычит испуганно:
– Сережа, не шути так! – требует, заехав мне кулаком в плечо. – Мы не можем стать родителями! – жмется к краю кровати, кутаясь в покрывало. – Не можем, – повторяет, как в бреду.
– Почему? – пожимаю я плечами. – Почему нет?
– Да потому… – хватает ртом воздух девчонка, – потому что это нужно обсуждать! К этому нужно готовиться! Морально. И физически. А еще… – пыхтит, – еще мы даже не женаты. Вот! Я категорически против ребенка вне брака!
– В чем проблема? – опираюсь я на локти, приподнимаясь.
– В смысле, “в чем”?
– Давай поженимся.
Карамелька захлопывает рот и теряется. Смотрит на меня странным, нечитаемым взглядом. То ли все еще паникует и боится, то ли уже оценивает степень моего здравомыслия. Последнее, кстати, покинуло меня еще в той усадьбе. Бесполезняк.
– Давай поженимся? – повторяю. – Я люблю тебя – это мы выяснили. Ты любишь меня – это тоже решили.
