Поэтому сейчас, когда я вхожу в аудиторию, абсолютно все студенты поднимаются, а мои плохиши с галерки сразу же кричат.
– Яна Владимировна, а мы уже знаем, что вы выиграли грант! – кричит парень с косой челкой, а я улыбаюсь ему в ответ.
Помню, как вытаскивала его из кабинета местной полиции. Так получилось, что Симонов подрался и его завернули. Об этом я узнала от студентов. Они слишком яро обсуждали случай и до меня долетело, что он девушку защитил от богатого гопника, а у гопоты папочка напрягся, позвонил кому надо и мой не самый лучший и успевающий студент Симонов попал под внимание.
После пар пришло извещение в вуз на кафедру с требованием предоставить характеристику студента, и если тот же Семен Павлович лишь пожал плечами, то я после пар собралась и направилась прямиком в отделение полиции.
Дождалась своей очереди и отправилась в кабинет уполномоченного, не знаю, каким чудом, но тогда мне удалось выцарапать мальчишку.
– Яна Владимировна, так и быть, я пойду на уступки такой красивой и обворожительной женщине… Но впредь доведите до ума своего парнишки, что в следующий раз – сгною на нарах…
Кивнула полному мужчине в форме, постаралась не обращать внимания на его цепкий и похотливый взгляд, а убедившись, что Симонова освобождают, ушла. Не дожидаясь студента своего.
Но Федор сам подошел ко мне на следующий день, дорогу преградил, смотрел из-под длинноватой челки, насупленный и руки в карманы засунуты.
Словно не с благодарностью пришел, а на разборки, как минимум.
– Слушаю вас, Симонов, – приподнимаю бровь, а сама плотнее бумаги к груди прижимаю. Коридор вдруг каким-то пустым кажется, а мальчишка выше меня на полголовы.
– Зря вы меня отмазали, Яна Сергеевна, – говорит зло и глазами светлыми стреляет, – я не раскаиваюсь, я тому уроду нос сломал, чтобы на девушку мою рот не раззявливал… думал, защищаю… только лошара я… там все по согласию… прикиньте.
Улыбается вдруг зло и глазищами своими сверкает.
– Деваха оказалась предприимчивой. Между бедным студентом и мажором второго выбрала. Жиза, да, Яна Владимировна…
Ко мне обращается. Ответа ждет, а я лишь губы сжимаю плотнее. Вопрос, смотрю, у мальчишки риторический.
Боль его чувствую. Знакомо все очень.
– Короче, я сказать хотел, не лезьте больше.
