Вернувшись домой, я застаю Еву, сидящей за кухонным столом. Ее длинные волосы струятся прозрачным водопадом в сумраке, освещенным только лунным светом. Между своих тонких пальцев она сжимает что-то очень маленькое, напоминающее бумажную полоску.
— Сделала сегодня утром, — сажусь напротив нее, не включая верхний свет. — Интересно сколько я еще буду пытаться…? — кладет передо мной, как я понимаю отрицательный результат.
— Почему ничего не рассказала?
— Это будет из месяца в месяц, пока у меня есть силы принимать лекарства, — она не плачет.
Это плохо. Когда нет эмоций — всегда плохо.
— Не будем беспокоиться о предохранении, — шутка тупая. Идиот. — Прости.
— Может расстанемся, пока не поздно? — Ева шевелит губами, не обращая внимания, что и мне делает больно таким предложением. — Ты что?! — подхватываю ее на руки и несу в спальню.
— Дикарь. На плечо и в койку. По — другому у нас не получается, — замираю перед кроватью. — Поговорим обо всем или сразу к делу?"
"У моей девочки на щеках появляется здоровый румянец да и безжизненной она больше не выглядит.
— Поговорим, — бережно опускаю ее на пол.
Плюхаюсь на кровать, заставляя ее сесть мне на колени, чтобы выслушать все, что у нее наболело.
За всей своей видимой занятостью я позабыл, что дома меня ждёт не тридцатилетняя состоявшаяся женщина, а ранимая и чувственная девчонка, что запуталась во всем, что произошло в ее жизни.
Еще даже не рассвело, когда на на мой телефон поступил вызов от тренера. Ева спала на моем плече, закинув на меня свою прелестную белоснежную ножку.
Пришлось проявить несвойственную мне пластичность, чтобы высвободиться и добежать с мобильником до кухни.
— Пацан, я тебя убью! Задушу собственными руками! — еле ворочая языком, Артем Ильич рычит по ту сторону.
— Что случилось? — потираю глаза, смотря на часы. Четыре часа ночи.
— Проба крови… Там что-то нашли. Молись, чтобы от твоей репутации, хоть что-то осталось после скандала!
— Это ошибка, — говорю ровно и отключаюсь.
Через десять минут поступает второй звонок.
Тренер звонил из клуба изрядно пьяным, а информацию ему могла доложить только одна обозленная особа.
— На бирже труда можно подыскать приличные вакантные места, — тихо смеюсь, заглядываю в коридор. Ева не проснулась.
— Вместо с тобой дорогой, хоть на край света, — шипит эта фурия.
— Твоих рук дело?
— Моих, — соглашается, будто уже знаем с чем.
— А может просто кинем друг друга в бан, и ты забудешься в койке с кем-то подходящем тебе?
— В десять утра повторный тест.
