Я даже чуточку растерялась от такого внимания, но быстро вернулась в боевую стойку.
— Это неприемлемо, — повторила уже спокойнее. — И вы, будучи Владыкой, обязаны принять меры. Покончить с этим беспределом раз и навсегда!
Я не сбилась, но запнулась, заметив Теймиза, который аж посерел от переизбытка эмоций. Впрочем, реакция хозяина замка была понятна, но я не собиралась его жалеть.
— Вы же нас… — продолжила, обращаясь к Владыке и сбавляя обороты, подпуская в голос слёз. — Вы же нам жизни сломали! Как же мы теперь-то, после вас-то? А другие? А следующие? Которых похитят после нас?
Дарнаэш нахмурился, явно не понимая.
— Сломали? — переспросил он. — Каким это образом?
— Похищением, конечно! — всё, я окончательно взяла себя в руки и превратилась из разгневанной фурии в страдалицу. — Мы же теперь… Ах, с нами-то уже всё понятно и не исправить, но следующие-то, следующие… — я искренне всхлипнула.
Уже собралась надавить на жалость как следует, но Владыка оказался не так прост.
— Стоп, — холодно и даже бесчувственно сказал он.
Короткая пауза и раздражённое:
— В чём конкретно претензия? Что произошло?
Конкретнее? Ну, это я могу.
— Нас похитили, — повторила, громко шмыгнув носом. — Забрали против воли, унесли непойми куда, и…
— Это мне известно, — перебил Дарнаэш. — Я спрашиваю в чём проблема?
Новый взгляд на Владыку, и логичное «издеваетесь?» осталось невысказанным. Просто этот синеглазый красавец действительно не понимал.
Я открыла рот и закрыла — лично мне объяснять элементарное всегда было дико сложно.
Да и что сказать, если всё и без слов очевидно?
В итоге я начала с прописных истин:
— Воровать — плохо. Так поступать нельзя.
— Но мы же не насовсем, — неожиданно парировал Дарнаэш. — Кстати, это, если вдуматься, даже не воровство, а только аренда.
— Какая ещё аренда? — возмутилась я. — Мы живые и разумные! Нас в аренду нельзя! Мы же не сарай какой-нибудь! Не корова!
Сказала и поняла, что слова уходят в пустоту, такие доводы тут просто не слышат.
Пришлось отодвинуть логику и перейти к чистым эмоциям:
— А её вообще в полёте уронили! — ткнув пальцем в соседку, воскликнула я.
Ябедничала и взывала к милосердию. Ведь уронить — это уж точно из ряда вон! Однозначная катастрофа!
Владыка замер. Потом посмотрел на одного из приближённых. Тот кивнул на немолодого мужчину в сером камзоле, а мужчина, в свою очередь, указал на парня, который сидел за столом «для именинников».
