Нет, это была даже не папка — целый портфель из толстой кожи.
— Здесь все, — барон с усилием поднял портфель и поставил его передо мной. — Бизнес-план на пятьсот страниц. Юридическое обоснование. Маркетинговое исследование. Архитектурный проект реконструкции помещений. Список оборудования с ценами и поставщиками. Проекты договоров. Даже примерное меню для столовой персонала!
Я взял портфель. Тяжелый — килограмма два, не меньше.
— Сколько у меня времени на изучение?
Барон и Каменский переглянулись.
— Сколько потребуется, — пожал плечами Каменский.
— В разумных пределах, конечно. Неделя? Две?
— Достаточно.
— Но не затягивайте слишком, — добавил барон. — Грант от министерства нужно получить до конца квартала, а это всего полтора месяца. Нужно время на оформление документов.
— Понимаю.
— Отлично! — барон поднял свою чашку. — Тогда за будущее сотрудничество!
Мы символически чокнулись чашками.
Я посмотрел в их довольные, предвкушающие прибыль лица.
Сотрудничество. Или взаимное использование. Посмотрим, кто кого переиграет в этой партии.
— Отлично! — барон поудобнее устроился на стуле, давая понять, что деловая часть завтрака окончена. — Тогда ждем вашего решения, Илья Григорьевич.
Атмосфера за столом мгновенно изменилась.
Напряжение спало, уступив место светской любезности. Каменский заговорил с Вероникой о погоде, барон начал рассказывать какой-то анекдот о столичном чиновнике.
Но я чувствовал, что они продолжают за мной наблюдать. Оценивать.
Они уверены, что я соглашусь. Деньги, ранг, собственное отделение — для любого лекаря из провинции это предложение, от которого не отказываются.
Они думают, что уже поймали меня на крючок.
Завтрак закончился быстро — никто не был настроен на долгие, пустые разговоры после такой серьезной сделки. Мы вежливо попрощались с хозяевами, пообещав дать ответ в ближайшие дни.
— Мы вас проводим, — сказал барон.
Когда мы спустились к главному входу, водитель, тот же невозмутимый мужчина, уже ждал у черного седана с открытой задней дверцей.
— В Муром, господа?
— Да, домой, пожалуйста, — кивнул я.
Я помог Веронике сесть в машину, затем сел сам, поставив тяжелый портфель с документами себе на колени.
— Удачи с вашим решением, Илья Григорьевич, — сказал барон, наклонившись к окну. В его глазах снова появился тот холодный, расчетливый блеск. — Надеюсь, оно будет правильным.
Правильным для кого?
Дверца бесшумно захлопнулась, отрезая нас от мира роскоши и больших денег. Машина плавно тронулась с места.
