Фырк сидел на краю мраморной раковины и болтал лапками.
— Как думаешь, что они задумали?
— Понятия не имею, — я вытирался пушистым полотенцем. — Но что-то масштабное, раз для этого привлекают такого серьезного партнера, как Каменский.
— Может, хотят свою больницу открыть? Частную клинику для аристократов?
— Почему? — удивился Фырк.
— Хорошую лекарскую помощь должны получать все, а не только аристократы.
— Возможно, — кивнул Фырк. — Или исследовательский центр? Для изучения твоего дара? Будут ставить на тебе опыты, как на лабораторной крысе!
— Тоже вариант.
— Или школу целителей? С тобой как главным преподавателем?
— С моим рангом? С трудом верится. Фырк, давай дождемся и узнаем, — я прервал его поток фантазий. — Гадать бессмысленно.
Я оделся.
В гардеробной нашелся приличный повседневный костюм — не такой дорогой, как мой вчерашний испорченный, но вполне презентабельный. Темно-синий, классического кроя.
Мы с Вероникой спустились вниз. В малой столовой уже накрывали стол — на четыре персоны.
Барон сидел во главе и читал какие-то бумаги. Увидев нас, он отложил документы.
— Доброе утро! Как спалось?
— Отлично, спасибо, — ответила Вероника. — Кровать просто волшебная!
— Рад, что вам понравилось. Илья, как пробежка?
— Продуктивно. Отличный у вас парк.
— Да, я тоже люблю там бегать. Правда, в последнее время редко получается — возраст, знаете ли.
Вошел лакей, доложил:
— Ваша светлость, граф Каменский прибыл.
— Отлично, пускай заходит!
В столовую вошел мужчина лет шестидесяти.
Седые виски, умное, энергичное лицо с тонкими чертами, дорогой, но неброский костюм. Уверенные движения, прямая спина — человек, привыкший к власти и деньгам.
— Михаил! — барон встал и пошел ему навстречу.
— Ульрих! — они обнялись по-мужски, похлопав друг друга по плечам.
— Позволь представить всех еще раз — лекарь Илья Григорьевич Разумовский и его спутница Вероника Сергеевна. Илья, Вероника — граф Михаил Петрович Каменский, мой старый друг и деловой партнер.
— Очень приятно! — граф пожал мне руку.
Крепкое рукопожатие, прямой, оценивающий взгляд. — Много о вас слышал, молодой человек. Ульрих не может нарадоваться, что вы спасли ему жизнь.
— Приятно познакомиться, — ответил я.
Мы сели за стол. Завтрак был простым — яичница с беконом, тосты, кофе, свежевыжатый апельсиновый сок. Но это нам. А вот у барона был свой завтрак. Я гляжу он следует моим рекомендациям.
Несколько минут ели молча. Потом барон и Каменский переглянулись.
