Идем, значит, мы по лесу, никого не трогаем. Вдруг над чутким ведьмовским ухом кто-то ка-а-ак заревет. Протяжно так, с надрывом.
– Что это? – у меня мороз по коже пошел. – Зверь, что ли, какой раненый?
– Хуже, – поморщился Драго. – Детишки. Поди, в лес по грибы-ягоды пошли и заблудились. Не люблю их: везде лезут, за усы дергают и орут по каждому поводу.
Похоже, я все же добрая ведьма. Потому как бросить детишек одних в лесу не согласилась, как Драго ни упрашивал. Пришлось ему показывать дорогу и вести меня к оврагу, в который свалились два малыша.
На вид – погодки. Девочка чуть постарше, худющая, со светлой косой и огромными голубыми глазищами. Мальчику на вид лет пять – чумазый весь, тоже светленький и пугливый, как дикий зверек.
– Ну, идите сюда, – поманила их. – Если не поможете, я вас из этого оврага не вытащу.
– Ведьма это, Светочка… – шепнул мальчуган и спрятался за спину сестры. – Смотри, на ней плащ бабки Глафиры. И дед Кузьмич сказывал, что домик-то на окраине вновь жилым стал.
– Дурачок ты, Пашка, – не согласилась девочка.
– Разве ж ведьмы бывают такими красивыми? Да и детей они из оврагов не вытаскивают.
– Ага, вот вытащит и сожрет, – посетовал малыш.
– Если не прекратите препираться, точно сожру! – не выдержала я. – Держитесь за руку, кому говорю! Вы сколько уже в этом овраге сидите? Не надоело, что ль? Я могу дальше по своим делам отправиться, пусть вас кто-нибудь другой вытаскивает
Малыши испугано переглянулись и решили, что добрая ведьма все же лучше, чем злой холод и голод.
– Второй день, – призналась девчушка.
Кое-как доползла к краю обрыва, подала руку, но мне так и не удалось до нее дотянуться. Дно оврага покрывала скользкая глина, по которой дети сползали. Пришлось плюнуть на все и использовать магию.
Аккуратно, черпая ману вполсилы, сплела из веток нечто наподобие плота. Как лопатой, подчерпнула им детишек и вынесла на поляну. Окутанные зеленоватой дымкой магии, детишки радостно визжали, словно забыв, что секунду назад боялись непривычно красивой ведьмы.
– Ух ты, а можно еще так покататься! – восхитился Пашка.
– Нет, – досадливо поморщилась я. – Нельзя тратить ведьмовские силы на такие глупости. Нате вот по бутерброду: лопайте и домой пойдем.
– Ой, а это что? – прищурился малыш, рассматривая непривычный сыр с плесенью. Ну да, Каллистрат сильно старался угодить, принес все самое дорогое. – Ведьмовской хлеб? А это? – указал на кровяную колбасу. – Сосиски из крови младенцев?
Сестренка его икнула и перестала жевать.
