Это же ему нужно было вернуть свои деньги. А значит, он сам вернется сюда снова.
Когда его двуколка исчезла в темноте, Рут с восхищением сказала:
— Как ловко вы разобрались с ним, мадемуазель! Должно быть, так хитро разговаривать вас научили в пансионе?
Я не стала ее разубеждать. Вопросы, касающиеся моего обучения в пансионе, были слишком опасными, и я предпочла бы их избежать. И я обратила ее внимание на другое:
— Разве нам не следует завести лошадей в конюшню? На дворе ночь, а в лесу наверняка есть дикие звери.
К моему удивлению Рут прыснула смехом.
— Вам не следует беспокоиться, мадемуазель! Во двор ведьмы не решится зайти без спросу ни одно животное. И разве вы не заметили, что господин ювелир так и не въехал в ворота? Уж о чём-о чём, а об этом ваша матушка умела позаботиться.
Мы вернулись в избу, и Рут, спохватившись, что так и не накормила меня с дороги, выставила на стол круглый пирог с рыбой и кружку молока. И пирог, и молоко оказались на удивление вкусными. И когда я вполне искренне похвалила кулинарный талант Рут, она расцвела от удовольствия.
— А где сейчас матушкины драгоценности? — спросила я. — И тот самый перстень, о котором говорил ювелир?
Служанка вздохнула:
— Ведать не ведаю, мадемуазель. Шкатулка всегда стояла в ее комнате на комоде. Она и сейчас там стоит. Только она пуста.
Я нахмурилась, и Рут торопливо добавила:
— Только вы не подумайте, мадемуазель, что это я могла что-то взять! Мне чужого не надо. Да и ваша матушка столько добра для нас с братом сделала, что грех был ей такой неблагодарностью отплатить.
Когда мы без крова остались, только она одна нам помощь предложила.
Она так разволновалась, что мне пришлось сжать ее крепкую натруженную руку, чтобы она поняла, что я ни в чём ее не подозреваю. Она совсем не была похожа на воровку. Да и если бы в ее руки попали драгоценности, то с чего бы ей оставаться здесь и дожидаться моего приезда?
Нет, куда больше в исчезновении драгоценностей я подозревала саму матушку. Уж очень таинственной выглядела ее гибель.
Ведь если она знала какие-то заговоры, защищавшие ее двор от диких зверей, то как оказалось так, что эти звери съели ее саму? А вот если она по какой-то причине решила сбежать, то дорогие украшения стали бы ей в этом большим подспорьем.
Наверно, нехорошо было так думать про свою собственную мать, но мне не было стыдно. По собственному опыту я знала, что от Констанции Бриан не приходилось ждать чего-то хорошего.
Глава 6Рут проводила меня в мою комнату.
