— Не упущу, — сразу пообещала она, догадавшись, что я имела в виду светловолосого некроманта и одного из хранителей источника.
Пришла очередь советника.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — укоризненно вздохнул он.
— Я тоже на это надеюсь. Прощайте, советник.
— До свидания, княгиня. Для меня ты все равно навсегда останешься княгиней. От всего сердца желаю тебе найти то, что ты так отчаянно ищешь и обрести покой.
— Спасибо, — пробормотала я, ощущая странную неловкость.
Быстро распрощавшись, я повернулась к Рейгану, который ждал меня у Орха.
Мы ведь так и не поговорили нормально. Все время были чем-то заняты, все время откладывали. А ведь дальше уже некуда.
— Нам пора, — сообщил облаченный во все черное теперь уже не муж.
Я кивнула и шагнула к нему.
Забравшись в кабинку, мы некоторое время молчали. Полет я уже начала воспринимать нормально, больше не испытывала такого страха и паники.
— Орх не может подлететь к самой границе, — произнес Рейган, когда мы уже поднялись в воздух. — Его могут заметить.
Поэтому он высадит нас у гостевого домика. Это тот самый домик, из которого ты сбежала, помнишь?
Такое забудешь!
— Да.
— Оттуда до границы несколько часов пути. Поедем на лошадях.
— Хорошо.
— Маги синклита будут нас ждать на месте.
Я кивнула и закусила губу. Так больше не могло продолжаться. Неужели мы собирались расстаться, так ничего друг другу не сказав и не попрощавшись нормально? Это было бы неправильно.
— Рейган? — Он повернулся ко мне и замолчал в ожидании продолжения. — Спасибо за все.
Он сдержанно кивнул, еще глубже пряча свои эмоции под маской равнодушия.
— Тебе не за что меня благодарить, Фрэн. Это я тебя похитил, я заставил тебя поехать со мной и втянул во все это. И своей жизнью ты рисковала тоже из-за меня. Так что не благодари.
— Ты слишком жесток к себе, — пробормотала я. — Но я действительно благодарна тебе за все. И точно никому не расскажу о том, что здесь видела.
— Знаю. И меня это мало волнует.
И снова между нами повисла неловкая тишина.
— Рейган, я не просила Диану разводить нас, — быстро проговорила я.
Мне было важно, чтобы он знал об этом и не держал на меня зла.
— Знаю. Она лишь дала тебе свободу, о которой ты так мечтала.
Из его уст это прозвучало как обвинение. Не слишком серьезное, но обвинение. И я тут же принялась оправдываться:
— Я никогда этого не скрывала. И всегда говорила, что хочу вернуться домой.
— К нему?
Упоминание Алекса, даже такое… вызвало легкую боль в сердце и щемящую тоску.
