И, кажется, испытывал влечение к ней. Внезапно по телу Софи прокатилась теплая волна при мысли, чтобы начать флиртовать с ним здесь, в этом полутемном укромном уголке, где находились лишь только они…
– Монограмма моей бабушки, – объяснил герцог. – Буква В от имени Вильгельмина под короной. – Он поднялся с колен и встал рядом с Софи. – Она была превосходной наездницей и даже в преклонном возрасте содержала целую конюшню отменных скакунов.
Софи пыталась не обращать внимания на почти касающуюся ее руку герцога.
Ведь стоило ей чуть повернуться, и она непременно окажется в его объятиях.
– Вильгельмина, – протянула она. – Какое необычное имя.
– Ее отец был прусским эрцгерцогом. Брак состоялся, поскольку мой прадед считал, что сможет умаслить Георга Второго, если его сын женится на представительнице династии Ганноверов.
– Конечно.
Герцог раздраженно вздохнул.
– Да, устраивая этот брак, руководствовались политическими мотивами. Но они симпатизировали друг другу, и мой дед не ссылал жену в отдаленное поместье.
Напротив, он во всем ей потакал. Лошадей для нее привозили из лучших конюшен Европы.
– Настоящий союз, основанный на любви, – заметила Софи. – Я испытала облегчение, услышав это. Остается надеяться, что так и было в действительности.
Герцог раздраженно взглянул на нее:
– Неужели все браки должны основываться на любви?
– Нет. Люди женятся и выходят замуж ради денег, благополучия или по каким-то иным причинам.
– Уж вам ли не знать. Ведь вы были замужем.
Верно. За мифическим мистером Кэмпбеллом.
Во время долгого путешествия в почтовой карете из Бата в Лондон три года назад Софи придумала себе новую биографию, в том числе скончавшегося после продолжительной болезни супруга. В воображении Софи мистер Кэмпбелл был высоким, худощавым, образованным и добрым, но немного болезненным – таким, о каком можно погоревать, однако в итоге смириться с потерей. Чтобы пресечь вопросы о его семье, Софи рассказывала всем, что его отец шотландец, а мать – американка.
Но герцогу вовсе не обязательно это знать.
– Викарий не расспрашивает о том, что толкнуло вас на брак, – произнесла она. – Лишь бы имена были написаны правильно.
– Полагаю, вы были очень юной.
– Юной, но не наивной.
– Осмелюсь предположить, что это был брак по любви. – Даже в тусклом свете лампы глаза герцога стали яркими и живыми. – Поскольку союз ваших родителей был именно таким.
Софи отвернулась.
– Я уже говорила вам, что подобные браки большая редкость.
